День Полыни

Старушка хозяйка в платочке, завязанном под подбородком, лежала на койке, скрючившись, лицом к стене.

— Вызовите завтра врача, — сказал Дерек. Голос его сел, словно он неожиданно смертельно устал. — Сегодня все равно никто не приедет.

— Как же? — изумился сосед. — Ведь Полынь?

Видимо, у него в голове не укладывалось, что к кому-то в этот день смерть может прийти своим чередом. Жена задела его локтем:

— Давай... кота возьмем? Ты ж вроде хотел? Можно? — это нам. И ушла в свою квартиру, выманивать зверя, кыская его и клича по имени: Тюльпан.

— Кактусом назвать было бы вернее, — буркнул муж. — Во всех смыслах. Почему котам дают эльфийские имена?

— Они с нами в родстве, — серьезно сказал Альбин. — ДНК почти одинаковы.

— Ээ... постой, — Рохля придержал «клерка», намылившегося мимо, за рукав. — Думаешь, тебе с ней трудно?

— Ха! Был бы ты женат...

— Я женат. На полуэльфе. Представляешь, каково это?

— На полуэльфе? — его глаза вспыхнули. — Ой, мля... она ж, должно быть, само совершенство.

— Поясняю.

У нее тоже есть халат.

Выражение лица клерка сказало нам, что он противник халатов на полуэльфах. Что он вообще противник чего бы то ни было на полуэльфах, если они, полуэльфы — женского полу!

— Само совершенство, вот именно. А теперь подумай, как тебе повезло. Смог бы ты жить с совершенством?

9

Идея покинуть осажденный Шиповник была своевременной: пообедав, чем бог послал, нападавшая сторона раздобыла где-то рожки и барабаны, и дело у них пошло веселей. Правда, чуткое эльфийское ухо Марджори, урожденной Пэк, ловило в том веселье нотку искусственности: еще побьются-побьются да и бросят до следующего раза.

Оттянулись душой, а так, по большому счету, ничего от взятия Шиповника не зависит. Что-то вроде съемок исторического фильма: дубль двести восемьдесят шестой, а теперь не выпить ли всем пива? К тому же пролетела весть, что вроде бы Черемуху почти взяли, осталось чуток додавить, и туда еще можно успеть, если пошевелить ногами, а тут терять время нет уже ни малейшего смысла. Оказавшись на улице и взглядывая из-под руки на гребень стены, где защитников было из-за малости почти и не видать, Мардж всерьез задумалась, куда же ей деваться теперь.

Бунтующую армию босоты она миновала, прикрывшись простенькой отводкой глаз: заклинания такого рода лучше всего действуют в толпе, и Мардж не впервой использовать их. Когда-то в прежней жизни она водила подростковую банду, но теперь, оказавшись одна, чувствовала себя потерянной. И то ушло, и это...