Несколько шагов, чтобы исчезнуть

Потом полетели стекла, и Дерек за моей спиной помянул черта.

Грамотно. Я не мог не восхититься. Мэджик-масса хлынула наружу, напор ее ослаб, но, очевидно, не прекратился. Мы могли наблюдать за ее уровнем по брызгам стекла − окнам, которые отступающая банда Пэк била, уступая этаж за этажом.

− Вон она, − сказал Альбин, перевесившись наружу, и я не заметил момента, когда Дерек вскинул лук и оттянул тетиву к уху. Воздух вокруг него затвердел, приобретя смертельную хрустальную ясность. − Там, внизу, хммм.

− Снижайтесь,− распорядился Баффин. Дракон устремился вниз, а наши внутренности − вверх, и мы ее наконец увидели.

Тоненькая девушка-подросток, чумазая, лица почти и не видно под черной спутанной гривой. На ней длинная запашная юбка из тартана, бурого в зеленую и лиловую клетку, никакому клану, насколько я мог тогда припомнить, не принадлежащему, и такая же шаль. Черная водолазка, черные чулки. Удобные остроносые туфли на низком каблуке, с пряжкой, довольно щегольские.

− Проклятье,− процедил Дерек, забыв разжать зубы. − C ней ребенок. Даже если я ее подраню, они сорвутся.

И в самом деле из складок шали торчала скрюченная зеленая ручка. Марджори прижимала к груди орчонка.

− Я не могу...

− Ой, только девственника не надо из себя строить!− заорал Баффин. − Можно подумать, тебе эти зеленые отродья не все на одно лицо.

Я тоже видел, как холодно и совершенно безразлично Дерек Бедфорд влепил стрелу между глаз психу, державшему нож на горле девчонки-заложницы.

Драконьи крылья затмили небо, и Марджори вскинула испуганные глаза, синие под неожиданно низкими, густыми бровями, неловко заслонясь ладонью от копоти выхлопа. Губы ее шевелились. Такие невероятно, мучительно, невозможно нежные губы.

Не люблю эльфов. Как бы вы ни были готовы, они всегда предстанут перед вами в образе, который ударит в самое сердце.

− Этой девочке нельзя в тюрьму, − вполголоса сказал эльф. − Представляете, что там с ней сделают? Лучше пристрелите ее на месте, детектив. Это будет гуманнее.

− Она считает,− завопил Баффин. − Она считает шаги!

− Стреляйте же, черт побери, Рохля, или как вас там!− поддержал его «резиновый».

Тетива тренькнула, высокий струнный звук повис в воздухе, в стене, куда клюнул наконечник, штукатурка взорвалась пылью и камешками.