Кровь и Пламя

Слов было не разобрать, но по интонации выходило, что он призывает нападавших закончить бесчинства и отпустить детей.

– Курт, он их уговорит? – спросил Игнат, вставая рядом с немцем, тот лишь пожал плечами и поджал губы.

Из микроавтобуса вылез молодой мужчина такой же внешности, как и автоматчики, но в белой свободной одежде. Его голову покрывал белоснежный платок, ниспадающий на плечи и перехваченный обручем на макушке. Он неспеша подошёл к детям и улыбаясь что-то ответил, подняв руку с зажатыми на них чётками, а после указал этой же рукой на лечебницу.

Затем учтиво поклонился, приложив руку к груди.

Священник всплеснул руками, ещё что-то произнёс в сторону толпы, а потом развернулся и двинулся к лечебнице, на ходу говоря негромко рассказывая о чём-то своему спутнику. Бородачи крикнули что-то на своём наречии и подтолкнули детей, чтобы те шли быстрее, и также направились вслед за немцами. Человек в белых одеждах ухмыльнулся и забрался обратно в микроавтобус.

– Герр Майер! – священник начал говорить шагов за десять до ворот, – Вы командуете защитниками? – он остановился метрах в пяти от ворот.

Сзади к нему не спеша шли дети, подталкиваемые бородачами так, чтобы оставаться всё время перед русскими автоматчиками. Микроавтобусы нажали на газ и вывернули на площадь, встав боком к больничной ограде. Из них не спеша стали выбираться автоматчики в чёрных одеждах с замотанными лицами. К этим двум машинам добавилось ещё три пикапа: два с пулемётами остановились также боком в отдалении, но напротив позиции Литвина и Ермака. Третий, с пушкой в кузове, проехал до лежащего на боку собрата и остановился там.

Куприянов спешно пересчитывал противников, за исключением двоих, что прикрывались детьми, и троих, что остались в кузовах, их было не более трёх десятков. И стояли они сейчас на открытом месте, даже с учётом их огневой мощи – превосходные цели. Вот если бы только не толпа детей перед воротами.

– Если Вы хотите говорить с командиром, отец Андрес, то можете говорить со мной, – мракоборец на воротах заложил руки за спину под своей расстёгнутой мантией.

– Я хочу поговорить с тем, кто ответственен за все те смерти, что случились на этой площади.

– Вы с ним говорили только что, – Курт был совершенно спокоен, начав покачиваться с носка на пятку.

– Давайте положим конец этому безумию, – всплеснул руками священник, – У них же дети, вы же понимаете, что они их убьют, если вы не сложите оружие.