Таёжный острожек

Таёжный острожек

Максим Вишневенко

Таёжный острожек

Изменившийся ветер принёс запах гари. Потап, шедший в голове отряда, тотчас потянул носом, остановил остальных жестом, и сам встал, как вкопанный. Он принюхался, в надежде понять, что перед ним – печной дым, который с острожка снесло сюда, али возвращаться уже и некуда?

Шедший за ним татарчонок Касим дотронулся до его плеча и указал на клочок голубого неба между берёзами на косогоре – как раз на том, который они намеревались миновать. На небосводе, куда он указал, отчётливо виднелся дым.

Потап шумно выдохнул, обернулся к остальным, жестом показал присесть, чтобы видно не было. Затем указал татарчонку, чтобы тот сбегал посмотрел на косогор – может, видать оттуда больше? Там дальше–то всего спуститься в распадок, пройти по нему да выйти направо, а там уже будет излучина, где острожек–то и стоит.

Мужики ждали. Месяц как Потап сбаламутил их отправиться на Полдень, разведать деляну на промыслы. Дом хотел заложить, сам присмотрел по весне место одно, когда с Гаврилом Евгеньичем возвращался в острог. Пришли туда всемером, срубили избу да решили вертаться домой – пока временное зимовье будет, а потом, может и полноценную промысловую сделать получится. Но вот сейчас шесть мужиков с ружьями наперевес затаились в зарослях малины и ждали, какие вести принесёт им Касымка, их седьмой подельник.

Потап слышал своё тяжёлое дыхание и глухие удары сердца. Они для него были настолько громкими, что казалось, все его спутники и вообще весь лес их тоже слышит. А чего он так боится–то? Дело же нехитрое – местные напали, ясака пожалели, вот и пошли жечь острог. Он уже с десяток лет по Сибири ходит – такой ход вещей казался ему привычным. Но отчего–то стало вдруг резко неспокойно на душе, будто в погожий день в болотце провалился.

В кронах над головой ветер шелестел листвой. Слышались птичьи переливы. Где–то неподалёку монотонно стучал дятел. Ветер снова налетел, старые деревья заскрипели ему вслед. Мужики нервно ждали, сжимая ружья и пытаясь разглядеть, не крадётся ли враг от острога. Но нет, лес жил своей жизнью, словно не замечая взволнованных людей, словно бы они были его привычной частью.

Время слилось в тягучую вечность, но вот и возвернулся Касымка.