Чёрным золотом. Пробуждение

Правильно, пускай недоумевает.

— Мефистофель?

— Ну, он настоящий дьявол.

Ага, я сам был в шоке от выбранного имени. Учитель понимающе ухмыльнулся. И опять у меня сложилось впечатление, что моё мясо уже готовы отправить на фарш. Ненавижу людей, заставляющих меня чувствовать себя неуютно!

— Хорошо, к чему мы его будем привязывать?

Я автоматически схватился за серьгу в виде распятия, что осталось мне от матери. И опять мой гость так садистически улыбнулся, что аж мурашки по коже пошли.

— Кажется, я знаю, к чему мы его привяжем.

* * *

После ритуала привязки грифон исчез в эфире, а Алаксандр и особенно Зак вздохнули с облегчением.

Ритуал был долгим, нудным и сложным из-за чрезмерной силы, что так и пёрла из молодого нокс-атра. В результате отправившийся домой грифон набрался ещё больше энергии и вырос раза этак в три, став размером с Маркусова Балдора.

Сейчас два нефилима сидели на кухне и пили чай. Им обоим было тесновато, поэтому Зак решил постоять в дверях. Ухо Александра нещадно чесалось.

— Что с твоим ухом?! – голос Зака выражал всю степень его недоумения.

Александр инстинктивно повернулся к отражающей поверхности, чтобы посмотреть, с чего это его друг так удивился. При этом он повернулся боком к Маркусу.

Человек вопрошающе посмотрел на того.

— Я не видел ранее ничего подобного, – нокс-атра казался заинтересованным.

Наконец найдя зеркало, Александр не смог сдержаться:

— Что за?!

Его уши стали острыми, наподобие эльфийских в фэнтезийных книгах.

— Что я с этим делать буду?!

Глава 7

Сокрушаясь над своим внешним видом, крылатый не сразу заметил, как Зак побледнел. И лишь когда кожа парня приобрела очаровательный цвет разведённого в воде мела, Маккой увидел это в зеркале.

— Зак?

— Я... Я... – он хотел сказать, что чувствует себя хорошо, что у него всего лишь закружилась голова, но он не успел.

Комната, да и весь мир вокруг него закружились как свихнувшаяся юла. Пол ушёл из-под ног, чтобы встретиться с лицом.

— Зак! – Александр вскочил, попутно свернув крыльями пару тарелок.

— Отойди от него!

Глаза у Маркуса горели холодным синим пламенем, подтверждая начавшуюся работу с нитями эфира. Он не стал подходить ближе, просто очень внимательно разглядывал бессознательного парня.

— Из тебя прёт слишком много силы.