Дом без кондиционера

С тех пор, как я перестал пользоваться услугами безграмотных наемных секретарш, я осознал, что проще исправить ошибку в памяти, не набивая текст заново и не комкая неудачный лист. Как раз сегодня я собирался дополнить лекции из подборки материалов, присланных Джимом из Макгиллского Университета Монреаля. Я нажал кнопку «Power», включил монитор и подошел раздвинуть портьеры.

Сначала я подумал, что по ошибке надел не те очки. Или вовсе забыл надеть их. Пыль, парящая в узком солнечном луче, выглядела не как обычное мелкое, играющее алмазными гранями крошево.

Она вообще… не выглядела как пыль. Сказать по правде, это были настоящие хлопья, светящиеся по краям и хаотически перемещающиеся в столбе света. Я снял очки и протер, попутно убедившись в наличии очков. Спускаться за ними вниз было бы немыслимо. Потом вооружил ими свой нос. Потом задумался о звонке в ректорат на предмет кандидатуры студента, который за несколько фунтов в неделю и сладкую мечту о послаблении на моих экзаменах согласился бы пройти здесь с влажной тряпкой. С нового года, желательно в неделю – раз. Последнего я уволил как раз перед наступлением рождественских каникул, когда застал его при попытке пройтись по корешкам драгоценных книг пылесосом. Убивая в прах свои последние надежды, парень кричал, что в этом доме-музее согласится работать только музейный работник, да и то не всякий, а только исключительный фанатик своего дела, полагающий уход за предметами старины возможным исключительно с применением современных им средств. К калитке он шествовал приседая, разводя руками и на разные лады издевательски приговаривая: «Метелочка для пыли!»

Ах да, пыль!

Возможно, виной всему были мои склеротизированные сосуды.

Вам, без сомнения, знакомы эти светящиеся червячки с черным хвостиком, время от времени появляющиеся перед глазами. Кровосос с внимательными глазами, называющий себя моим домашним доктором, навещает меня регулярно, скорее всего, по инициативе Рэйчел, и отчитывается перед ней же по телефону, используя мое имя в своих собственных рекламных целях. Не мой человек, а стало быть – на войне как на войне. Согласно установленным мною негласным правилам, я позволял ему проводить над собой все его бессмысленные процедуры, и в точно предписанное время смывал рекомендованные им таблетки в канализацию. Я, видите ли, верю, что методичность и последовательность рано или поздно приносят свои плоды. Едва ли было бы разумно позволить ему преждевременно, на радость наследникам, загнать меня в гроб.