Молчание насекомых

А не вы ли их на нас натравили?

Гадкий человечишка оказался хитрее, чем выглядел. Похоже, его расчетливый мозг не сумела зачаровать даже колдовская песня. Хотя, скорее всего, он как-то разгадал тайну магии крысолова и вставил в уши затычки.

— Н-натравил? Я бы никогда не посмел! Я спасал их! — с наивностью и негодованием ребенка воскликнул Гард, потрясая кулаками. Шляпа слетела с его головы, растрепанные серые космы взметнул ветер.

— Гард обманул нас! Он не убивает монстров, а уводит их подальше.

Порыв недовольного гомона прошел и по толпе, все обсуждали недопустимый, по их мнению, поступок крысолова.

— Не будем ему платить.

— Четвертовать его! Чтоб другим неповадно было!

— Правильно! На магов надо ошейники надевать и цепи

— Недолюди, зверье поганое!

— Но ведь город избавлен от монстров. Вы можете жить спокойно, и они могут жить спокойно, — все еще неловко оправдывался Гард.

Он по-прежнему ненавидел людей, но не срывался на угрозы и проклятья, понимая, что его ярость лишь раззадорит их, а потом, возможно, заставит учинить погромы в квартале магов или устроить облаву на всех созданий Леса, даже тех, которые никогда не заходили в города.

— На самом деле Гард не гипнотизер, а маг! — провозгласил чиновник. Пенсне блестело в свете факелов, как будто за стеклами очков не скрывались человеческие глаза, как будто говорила яростная машина, распалявшая народ.

— Маг? И разгуливает по дорогам королевства без дозволения?

— Бей его! Бей! Гони прочь тварь Зачарованного Леса!

Дальше для Гарда все слилось в единый поток ужаса и обреченности.

Он лишь спрятал флейту под грудой тряпья в сумке, а о себе почти не позаботился. За шесть лет скитаний он научился обороняться, но не носил с собой никакого оружия. Если первые взмахи кулаков он еще сумел блокировать, то дальше все поглотила нестерпимая боль. Больше никто не сдерживал беспощадную волю обманутой толпы.

Обрушивавшаяся лавина из тумаков и камней не интересовалась, кто будет избавлять города от гнета крыс, если убить скромного крысолова.

Казалось, толпа всего лишь наслаждалась потехой, не думая ни о запрете на магию в королевстве, ни о некой мифической обиде, нанесенной горожанам.

А Гарду оставалось только обороняться и бежать. Его кидали и топтали, как тряпичную куклу. Но вместо соломы из разверстых ран хлестала кровь. Один удар расколол бровь, другой рассек скулу, кто-то ткнул в ребра тяжелым носком деревянного ботинка, изо рта у Гарда потекла кровь, но он попытался подняться.