Нелюбим

Тант, видавший уже и не такое, нимало не удивился висящему самому по себе над землей предмету. Бэнкс окинул светофор злым глазом и сплюнул:

– Ничего не пойму. Тут с крыльями лететь не можешь, а какая-то блямба, сама собой… И даже не светится.

– Действительно, – согласился Тант, – безобразие. Вместо того чтобы дорогу указывать. Придется самим определяться. Куда пойдем?

– Налево, – уверенно сказал Бэнкс.

Тант подумал и повернул направо.

И вновь потянулись мимо унылые кварталы покинутых зданий. Тант заметил, что окна домов в Антигоре выглядят совершенно иначе, нежели окна брошенных старых домов, которые ему доводилось видеть прежде.

Казалось, будто изнутри они занавешены черными маскировочными шторами. Ни бликов, ни отсветов, лишь матовость сажи, непроглядность, поглощающая взгляд. «Быть может, – помечталось ему мимоходом, – придет еще время, и город снова предастся веселью светящихся окон и мигающих светофоров. Как знать…»

Приблизительно через полчаса пути Тант увидел, что впереди домов больше нет.

Он остановился в недоумении, огляделся и вскоре уверился, что, действительно, находится на окраине города, едва не в том самом месте, откуда начинал свой путь в его недра.

– Чертовщина какая-то, – озадачился он. – Колдовство.

– Говорил же я, налево надо, налево, – проворчал Бэнкс.

Стиснув зубы и налившись решимостью, Тант повернулся и двинулся обратно.

Бэнкс молчал, и лишь обиженно сопел на его плече.

И снова был тот самый перекресток с парящим над ним слепым светофором.

– Куда пойдем? – снова спросил Тант у Бэнкса, словно это было не очевидно.

– Налево, налево давай, – заворковал попугай.

Тант подумал и повернул направо. Опять.

Бэнкс только крыльями всплеснул, захлопотал.

– Куда, куда! – закричал он, на что друг его, однако, не отреагировал.

Оказавшись на той же окраине во второй раз, Тант озадаченно потер лоб,

– Ничего не пойму, – стал сокрушаться он. – Повернул ведь налево – там, а результат точно тот же. Наваждение да и только. Этот город нас отторгает. Нет, ну, правда, ты видишь? Выдавливает.

– Налево! – громко, в голос возмутился Бэнкс. – Он говорит, что повернул налево! Напрасно, молодой человек, вы пытаетесь меня в этом уверить. Ты повернул направо! Направо, сколько я не кричал тебе, что ты идешь не туда!

– Правда что ли? И ты в этом уверен? В таком случае очень похоже, что меня попросту водят за нос. Город закрыт для нас. Но мы должны в него попасть! Что же делать? – он задумался, потом, просияв глазами, спросил.