Знаменосец

Я дрался древком знамени, которое осталось при мне, и дважды сломал его в бою.

Ох, как мы сражались, как сражался наш капитан, разбивший булыжником голову одному из сержантов. Север завладел его мечом и начал ткать серебряные кружева на телах врагов. Чёртова дюжина гадов не увидела закат… но всему приходит конец. В итоге нас осталось трое: капитан, плешивый Каспар, проткнутый копьём и я – юнец в доспехах не по размеру.

- Герман, тебе не достанется это село, даже если ты убьёшь нас! Король намерен сражаться за него! Он пошлёт ещё людей! – обливаясь кровью, кричал командир, зажимая рубленную рану в боку.

Промокнув потное лицо шёлковым платком, герцог плюнул на говорившего и приказал нас казнить, напоследок пообещав приготовить племяннику сюрприз.

Удар мечом по голове лишил меня сознания. Много крови, разрывающая череп боль и зрение, которое восстановилось не сразу. Я вылез из кучи трупов товарищей, задыхаясь от дыма, стелящегося по земле.

Герцог сдержал слово - сюрприз был, что надо.

Обугленные головешки, мерцающие от жара красным угли и нагретые камни строений, растерзанные останки мужчин на обочинах, обнажённые тела женщин, бездыханные трупики детей. Эти мрази позаботились обо всех.

Я целую ночь бродил по пустым улочкам, пытаясь найти выживших, а потом взял лопату и отправился на кладбище копать братскую могилу для гвардейцев Четвёртой королевской роты.

Они не были мне друзьями в полном смысле слова, да. Но они были моими боевыми товарищами. Теми, с кем я преломил хлеб, проливал пот и кровь. Их было дико жаль, но они знали на что шли. А вот за что погибли крестьяне?

Крик, протяжный и пронзительный, вырвался из моей глотки, и я орал, пока не охрип, кляня всё на белом свете и обещая богу, дьяволу выполнить любой наказ, поручение, команду, что угодно, только бы эти гады сдохли.

Сатана явился ко мне не в образе большегрудой красотки, не в сутане похотливого священника с тремя подбородками и даже не в виде чудовища с когтями и хвостом. Нет, он пришёл ко мне, напялив личину Яна – шмыгавшего носом мальчика из моего селения, умершего от оспы в день своего восьмилетия.

- Здравствуй, Эдгар, - мило улыбнулся мне падший ангел, пряча маленькие худенькие ручки за спину.