Шут и трубадур

— Юджин, подожди! — закричала сзади Кристина, но он не остановился.

Страх, затемняющий рассудок, гнал его вперед, и только вылетев из леса и увидев вдалеке развалины замка, он понял, что напрасно спешит. Наверняка Роберт Лев еще не успел проснуться после вчерашнего безумия и хватиться одного из своих шутов.

— Юджин!

Кристина, запыхавшись, догнала его и схватила за руку.

— Юджин, не ходи туда! — взмолилась она, заглядывая ему в глаза. — Останься со мной в лесу...

Она цеплялась за его руку и была настолько не похожа на уверенную и отважную Кристину из его сна, что шут впервые почувствовал себя сильнее и старше ее.

— Да? — спросил он и даже сумел улыбнуться. — А кто нас будет кормить, Кристина?

Кристина, закусив губу, задумалась и наконец сказала:

— Мы будем ставить силки на зайцев...

— И на лягушек, да? — улыбаясь, откликнулся шут. — Мне надо идти...

— Подожди!

Сорвав с шеи мешочек на сыромятном ремешке, Кристина сунула его в руку брата.

— Юджин, я нашла еще три монеты.

.. Отдай это нашим слугам, чтобы они молчали и не обижали тебя!

Юджин, обняв себя за голые локти, уставился на тропинку под ногами.

— Не надо, — пробормотал он. — Уже некому их давать.

— А... Банг?

— Он умер три дня назад.

— Умер?! Как?!

Шут быстро взглянул на Кристину и тут же снова отвел глаза.

— Лучше тебе об этом не знать.

— А Мейвис? — снова схватив его за руку, дрожащим голосом спросила Кристина.

— Мейвис... Что ж, может, он еще жив... Хотя, говорят, в клетке Роберта Льва никто не протянул больше пяти дней.

Но если Мейвис еще и жив, там он никому уже не расскажет, что я твой брат. Теперь из наших людей в живых осталась только Клеменс, а она будет молчать!

Шут боялся, что Кристина спросит: «Почему?», но та ничего не спросила, а только больно стиснула его руку.

Шут же поскорее оборвал мысли о вещах, о которых в присутствии Кристины не хотелось не только говорить, но и думать. И все же успел подумать о том, что бывшая швея барона нашла теперь более роскошную поживу — странствующего рыцаря Рэндери.

Может, отныне придется платить ей за молчание только золотом, а не собой? Или ее похоти хватит на обоих?

Кристина все же сунула мешочек с золотыми брату за пазуху.

— Юджин...

— Я пойду, Кристина, — перебил шут.

Еще немного — и у него не хватит сил отправиться по дороге, ведущей к логову Роберта Льва («А может, и вправду не ходить, остаться?!») — но шут поискал и нашел в себе эти силы.