Хранительница. Противостояние

Поймал, снова подбросил. 

– Идём, Марита! Пламя не жжётся, оно пропускает! 

Действительно, огненная завеса на мгновение распахнулась перед чернокнижницей, как дверь, и вновь заколыхалась у неё за спиной.

Но за огненной стеной, к разочарованию Мариты, оказался такой же тёмный ход, только он стал намного шире, и по нему уже можно было идти, держась за руки. 

За следующим поворотом внезапно открылся просторный, скудно освещённый зал. Чернокнижница сердцем почувствовала особую атмосферу, царящую здесь, и замерла на пороге, вперив взгляд в богато убранные затейливой резьбой стены, которые в неверном, тусклом свете мерцали, как старинный серый шёлк.

Кто и когда вырезал на них эти чудные каменные цветы? Кто и когда зажёг бликующее пламя в семи небольших светильниках, стоящих на низких, чуть выше человеческого роста, колоннах, и сколько тысяч лет они уже горят здесь? 

Глаза девушки скользнули по высокому потолку, почти терявшемуся где-то вверху, а затем устремились в центр зала.

Там, на высоком золочёном троне, восседала женщина совершенной, немыслимой красоты. Царственная и расслабленная, Удвати сидела, слегка откинув голову на спинку кресла, глаза богини были закрыты, на щёки упали тени от длинных ресниц. Роскошные тёмные волосы женщиныниспадали до самой земли. На Удвати было великолепное платье старинного, тяжёлого белого шёлка, расшитое искусной вышивкой – белой по белому.    

Шакринн, оставив на пороге поклажу, медленно прошёл вперёд и опустился на колени перед троном.

 Минуты текли, медленные и вязкие, как воск. Чернокнижница всё так же, не шелохнувшись, стояла на пороге зала, боясь лишний раз вздохнуть. 

Вдруг Шакринн резко вскинул голову, медленно встал и, низко поклонившись Удвати, отошёл от трона. 

– Пошли! – маг порывисто схватил Мариту за руку. – Всё висит на тонкой ниточке! 

– Богиня сказала тебе что-нибудь? – девушка оглянулась через плечо, бросая прощальный взгляд на царственную фигуру в белом одеянии.

– Я кретин, Марита! – в сердцах ответил чернокнижник. – Звёздная пентальфа и кровь Вызвавшего! Как я сам не догадался… 

Огненную стену путники миновали быстро. Вот уже перед ними и монолитная серая плита, закрывающая вход.  

Шакринн, спокойно и уверенно приблизившийся к стене, вдруг замер.