Дерзкие дни

Дерзкие дни

Наталия Матейчик

На скрижалях судьбы #2

Валия – прекрасный, магический, колдовской мир. Здесь летают на воздушных шарах, ходят по воде и творят магию. Но этот мир охвачен войной – здесь жгут города, здесь льётся кровь и здесь убивают. Влад и его друзья идут своей дорогой, но они даже не подозревают, с чем им придётся столкнуться на этот раз. Им предстоит выпутаться из ловушки энерговампира, посетить затерянный в горах «летящий» храм, найти таинственный Яшмовый кинжал, встретиться со смертельной опасностью, ощутить горечь потерь и повзрослеть.

Наталия Матейчик

На скрижалях судьбы

Книга II

Дерзкие дни

Глава первая

Неожиданная слежка

По безлюдному стылому коридору небольшого полуразрушенного замка стремительно шли трое мужчин. Звуки их шагов глушил тяжёлый сырой воздух, а чёрные шёлковые плащи, украшенные искусной золотой вышивкой, летели за спинами, словно крылья. Мужчины свернули за угол и остановились перед небольшой неприметной дверью, у которой стояли на часах два высоких стражника-лешана.

– Пропустите его! – велел стражникам высокий пожилой орн, указывая на одного из своих спутников.

Стражники расступились, и под прицелом четырёх взглядов мужчина сделал несмелый шаг к двери.

– Жди в комнате! – велел ему всё тот же высокий орн.

За спиной вошедшего неслышно закрылась дверь, и мужчина стал осторожно оглядываться. Он оказался в большой комнате с низким потолком, углы которой были сплошь затянуты столетней серой паутиной.

Вдруг одна из книжных полок мягко отъехала в сторону, открывая узкую потайную лестницу, по которой быстро спускалась высокая стройная фигура, затянутая в лиловый шёлковый плащ. Это был мужчина неопределённого возраста, холодный и властный.

Едва увидев приближающегося к нему Призрака, ожидающий вздрогнул и склонился в низком поклоне.

– Ну? – взмахнув золотым браслетом, холодно бросил вошедший.

По комнате брызнули разноцветные искры.

Мужчина в страхе отпрянул, но Марготт лишь наколдовал глубокое обитое малиновым бархатом кресло и уселся в него. Марготт был высоким и хорошо сложенным, его лицо можно было бы назвать красивым, если бы не та злоба, которая читалась во взгляде серых глаз – мёртвых, невыразительных и как будто припорошенных инеем.