Кровавый вкус победы

Инодор вздохнул ещё более обречённо, потом заговорил с нотками бесконечного терпения:

— Святой Теодис был прославленным воином, основанный им рыцарский орден существует до сих пор, а сведения о том, как святой выглядел, почерпнуты нами с его прижизненных портретов. Так что не ведаешь ты, что говоришь, — высокопарно закончил жрец. Добавил обычным, по-родительски укоризненным тоном: — И вообще, Шео, не спорь со старшими.

— Но я его видела! Видела! — Шеорлика обиженно топнула ножкой. — И мама видела!

— Я верю, верю, — примирительно поднял руки Инодор.

— Я ... — девочка запнулась, с крайне серьёзным видом почесала затылок. Потом погрозила дяде пальцем. — Знаю, и всё! А ты меня запутать хочешь.

— Отец Инодор!

Священник и подумать не мог, что однажды так обрадуется непрошеному вторжению в тихую божью обитель.

— Там... — всклокоченный парень, чьё лицо было сплошь усеяно весёлыми рыжими веснушками, торопливо замахал руками, указывая куда-то на улицу.

— Несите, — разрешил жрец, и парень умчался, чтобы вернуться с тремя послушниками и пожилым полноватым мужчиной в добротной рясе, на шее у которого висел золотой символ Эшемерха.

Инодор представился и с почтением поклонился:

— Добро пожаловать в Тейру.

— Я отец Хардаил, — с улыбкой отозвался столичный священник, чуть кланяясь в ответ — Здесь, на родине святого Теодиса, покровителя отважных воинов, мы, согласно традиции, почтим память павших в этой тяжёлой войне.

— Почту за честь поучаствовать в этом достойном начинании.

Пока они раскланивались, двое сопровождавших жреца послушников принесли большой ларь, украшенный священными символами, и терзаемая любопытством Шеорлика решила узнать, что внутри.

— Эй, что это ты делаешь? — шикнул на неё Менкар. — Нельзя лазить в чужие сундуки без спроса.

Девочка поспешно убрала ручонки от замка.

— Я просто посмотреть хотела. Честное слово.

— Отец Хардаил, это моя племянница, — извиняющимся тоном произнёс молодой жрец, от которого её поползновения не укрылись — Шео, лучше иди домой, не мешай.

— Ой, а можно я буду помогать? Я всё, как вы скажете, делать буду! — выпалила Шеорлика, краем глаза заметив, что послушники устанавливают две закрытые чёрными покрывалами рамы.

— Нет, — отрезал её дядя.

— А почему нет? — добродушно улыбнулся Хардаил.