Оставить позади

Он всегда рисовал только на такой. Говорил, что белые листы не любят, когда их пачкают, даже красивыми рисунками.

Наброски лиц, вот улыбающаяся Антая. Она поправляет непослушный локон, но я знаю, что он всё равно опять упадёт на лицо. Это неизбежно. Вот она танцует в поле, и её платье развевается на ветру, а вон тот силуэт вдалеке это, наверное, я.

Рисунки не были подписаны и лежали в полном беспорядке, впрочем у Саши всегда были очень натянутые отношения с порядком в любом его проявлении, так что это совсем не удивительно.

Я нашёл портрет Кристины, она сидела вполоборота и что-то читала. Сосредоточенная, немного лохматая, вероятно, сразу после сна. Следующий рисунок снова Антая, и… я. Она стояла за моей спиной и задумчиво водила рукой по шее, а я старался игнорировать её прикосновения. Сосредоточенно смотрел в одну точку.

Упрямец.

Тогда я действительно верил, что смогу сопротивляться чуть ли не бесконечно.

Рисунков много, и все они напоминают мне светлое прошлое, которое не повторится.

Прошлое не возвращается, никогда.

Да и сомневаюсь, что я смог бы заново пережить все эти потери.

Последний рисунок выбил меня из колеи.

Автопортрет. Саша стоящий на холме с поднятой в прощальном жесте рукой, улыбается, а внизу, его мелким кривоватым почерком написано целое письмо.

Прости, что вынудил тебя сделать это. Я не хотел оставлять такие воспоминания о себе, но я всё равно рад, что именно ты убил меня. Это правильно. Не вини себя, пожалуйста. В моей смерти виноват лишь случай.

Ты сильнее меня.

Окажись я на твоём месте, я бы не смог убить своего брата. Просто не смог. И я счастлив, что судьба выделила мне пассивную роль. Смерть простая штука. Жить куда сложнее.

Прощай, брат. Не скучай по мне, там, куда я ухожу, нет боли.

Прощай.

Последние слова расплылись и я понял что снова плачу. Столько лет прошло, но всё ещё слишком мало, недостаточно. Никогда не будет достаточно.

— Я не могу не скучать.

Говорить с собой, это уже привычка, возможно, дурная, но мне она помогала жить.

Я не знал одиночества, а теперь оно обступило меня со всех сторон и смеётся над тем, что я похож на выброшенную на берег рыбу, такой же беспомощный, бьющийся в конвульсиях.

Я всё ещё не мог спать. За гранью реальности меня поджидали лишь кошмары. И я пока не был готов к их визиту.

— Но я постараюсь не скучать, только привыкну к одиночеству.

Осторожно, чтоб ничего не помять, я сложил рисунки обратно в папку.

Нас обоих ждало ещё очень много дорог.