Иллу, или Несколько коротких анекдотов из жизни личного помощника арматора

Я дам отмашку Ульриху, чтобы не блокировал тебе проход… Ну, в смысле, на кухню. Шастай привольно, как таракан. Но чтобы это вот было у меня на столе, ага?

— Слушаюсь арматора! — весело откликнулся Иллу, вытягиваясь в струнку.

У Эда с Неру перенял, паршивец, решил Гаер, довольно отхлебывая напиток.

***

Иллу обнаружился в зимнем саду, в дальней его части. Сидел там, с ногами на диване, скинув мягкие свои тапки.

Гаер встал рядом, упер руки в боки.

Личный помощник виновато втянул голову в плечи, избегая встречаться взглядом с рыжим Хозяином Башни.

— Ну? Кто это сделал? — первым заговорил Гаер.

— Я… Я…

— Если “я не знаю” или “я не скажу”, то я — выпорю. Не тебя! Но: Эдельвейса, Неру, Ульриха, и даже Лина твоего любимого до кучи, — пустился загибать пальцы арматор, — короче, всех, кто не уследил.

Иллу и без того был бледен, от чего сочный синяк на щеке казался ярче. После слов арматора парень слинял еще на пару тонов.

— Я скажу, — прошептал он, — только молю, мой благородный и трижды сильный господин, пообещайте, что не отправите провинившегося на плаху.

Гаер цыкнул.

— На плаху не отправлю, — сказал.

Иллу, кажется, еще верил, что нет вещей страшнее смерти.

Блаженный отрок.

Искомый объект оказался в столовой. Явление Гаера не осталось незамеченным: по помещению словно сквозняк волной прокатился, люди поворачивали головы, перешептывались.

Гаер, не отвлекаясь, размашисто прошагал к нужному столу, буксируя за руку Иллу. У того от страха, кажется, отнимались ноги.

Молодец в форме охранника нижнего уровня прервал трапезу и медленно поднялся.

— Ты, говна кусок, ты повредил то, что принадлежит мне. — Без расшаркиваний залепил Гаер. — Договор о материальной ответственности подписывал, не? Так вот: эта ответственность намного выше.

— Я понял, арматор. Я виноват. Прошу прощения. Это не пов…

— Не повторится, — с улыбкой кивнул Гаер.

Схватил парня за руку, и, прежде чем он сообразил высвободиться, шагнул вперед и вбок.

Гаер поймал его за мокрый затылок, натянул, заставив расшириться подернутые пленкой близкого болевого обморока глаза.

— Потому что если повторится, оторву голову и отошлю в коробке мамке, понял?

Иллу догнал его уже в коридоре. Губы у помощника прыгали, круглое лицо казалось восковой маской.

— Арматор! Вы… Вы обещали…

— Что никого не пошлю на плаху.