Да, орки мы!

Давно пора было это сделать. Орки заждались, застоялись, начали всё чаще конфликтовать друг с другом, порой доходило до драк, и постук кого-нибудь другого был самым лучшим средством выпустить пар.

— Кого стукаем, вождь?! — прорычал Зугмор.

— Будем стукать всех! — заявил я, и воины поддержали это заявление одобрительными воплями. — Но потом! Сначала стукаем тех, кто ближе всего!

— Каменные Когти! — хмуро прорычал Улдук.

— Да! — сказал я.

— Их больше, чем нас! — воскликнул Дургуз, почему-то озираясь по сторонам, словно ища поддержки у остальных.

Ну и что. За это не стоит беспокоиться. Какая разница, сколько их, если мы будем действовать как одно целое? Слаженное подразделение всегда сильнее, чем разрозненные бойцы, а я не сомневался, что Каменные Когти так и сражаются, поодиночке.

— Их больше, но мы сильнее! И храбрее! — прорычал я.

Воины снова заорали и заулюлюкали, и даже наблюдающие за нами дети и бабы выкрикивали слова поддержки. Похоже, подобные митинги для них были в новинку. Ну а я хоть и не Троцкий, но речь толкнуть никогда не стеснялся.

— И мы их постукаем! — продолжил я.

— Да! Постукаем! — кричали из толпы.

Такой настрой мне нравился. Я схватил свой пернач, куда больше подходящий для демонстрации силы, чем короткий гномий топор, и потряс им в воздухе. Орки в ответ заорали, размахивая своими копьями, по-прежнему кривыми, но теперь, с обсидиановыми наконечниками, куда более смертоносными, чем раньше.

— Постукаем и подчиним! — проревел я.

А вот этого не поняли, хоть и прокричали что-то одобрительное по инерции.

— Зачем? — осторожно спросил Ураг.

— Разве вы хотите всегда стукать только орков и забирать жалкие вонючие шкуры и каменные топоры? — громко спросил я. — Разве вы не хотите спуститься с гор и постукать тех, из-за кого нас загнали в эти бесплодные земли?

Орки внимательно слушали, хлопая маленькими глазами, и я продолжил.

— Если мы, племя Кривого Копья, подчиним все остальные племена себе, или станем с ними союзниками, то сможем идти и стукать всех, кого только хотим! Эльфов, гномов, всех остальных! — прорычал я.

Я почувствовал, что сам распалился настолько, что воздух вокруг меня задрожал, а по спине пробежали мурашки. Я искренне верил в свои слова, и орки поверили мне.