Да, орки мы!

А если наши враги изобретут доспехи, то и мы в ответ придумаем что-нибудь ещё. В гонке вооружений у меня есть громадное преимущество. Знание истории человечества. Весьма поверхностное, но этого хватит, чтобы изобрести тот или иной способ убийства.

Дети наконец объявились возле моего чума, притащив с собой даже не одну, а несколько дубин. Так даже лучше. Я поблагодарил детишек, раздал обсидиановые ножи, которые в племени пока были редкостью. Не вижу ничего плохого в том, чтобы у детей тоже было оружие. Мы и сами в детстве, до появления игровых приставок, забавлялись, играя в ножички во дворе.

— Ай! Острый! — один из орчат уже успел порезаться.

— А ты думал? — хмыкнул я, осматривая принесённую дубину. — Молодцы, настоящие орки.

Дети оскалились, воинственно зарычали, разбежались кто куда, хвастаясь новыми ножиками, ну а я принялся гномьим топором долбить в первой дубине углубления для лезвий.

Глава 20

В итоге получилось нечто, больше напоминающее пернач или палицу, а не ацтекское оружие. Времени пришлось потратить гораздо больше, чем я ожидал, но результат меня порадовал.

У шамана нашёлся подходящий клей, и я намертво закрепил обсидиановые пластины на навершии плотной деревянной дубины. Получилась неплохая булава, только ещё и режущая. Самое то, чтобы проламывать головы и разрывать плоть. Настоящий скипетр монарха, гетманская булава, символ абсолютной власти.

Только времени на этот пернач ушло слишком много, чтобы делать массовое производство, несколько дней только на то, чтобы высох шаманский клей.

Зато осколков обсидиана хватит всем на наконечники копий, и я раздал каждому воину по несколько штук.

Теперь можно было идти и стукать кого-нибудь из соседей, нужно было только решить, с кого начать. Постука заслуживали все, потому что стоило мне только заговорить о любом из соседних племён, глаза орков наливались кровью, а из глоток начинало вырываться хриплое злое рычание. Даже если я спрашивал Кару.

Вот только стукать соседей насмерть, разорять деревни и насиловать гусей я не собирался, меня больше интересовала власть, покорение, а не жалкие пожитки таких же нищих племён.

Будет сложно, конечно, придётся каким-то образом обуздать старую вражду племён, но у меня было несколько идей, как это сделать. Как минимум, найти внешнего врага, а с этим недостатка точно не будет.

Наконец, прохладным ясным утром я собрал всех воинов перед своим чумом и объявил, что мы идём стукать врагов.

Ответом мне стал оглушительный рёв полутора десятков орочьих глоток.