Глазами волка

Ещё отсюда родом несколько чемпионов. Ещё отсюда везут рабов — но рабов везут отовсюду, в этом и есть сама суть современного рабства.

А по сути — это самый край, север мира. Тонкая, как сырная корка, полоска знакомой култьтуры перед ковыльным морем Скифской Степи.

На кромке между землёй и морем стоят города и есть даже Меотийской царство, где правит огераклееная династия. Ну и что? На негостеприимном море нет ни лабиринта уютных островов, ни удобной навигации. Вся жизнь бурлит на юге, за проливами, где почти нет снега и сотни селений стоят на тёплых берегах, а бухты прибрежных островов — надёжное пристанище в бурю.

Великие мудрецы и завоеватели жили всегда на юге, среди великих морей.

А раз так, зачем понтийскому царю стремиться сюда, на север? Если ему нужны рабы или воск, он может их купить — в Херсонесе, как говорят на рынке, всё продаётся, но не всё — покупается. А наращивать могущество лучше в богатых южных землях.

Погруженный в размышления о географии Ойкумены, Ихневмон сам не заметил, как вышел к крепостной стене.

Война приближалась и стены на всякий случай взались обновлять. Участок возле Северной башни, куда он вышел, был как раз один из таких. Высоченная трещина змеилась по стене. Судя по тому, как сильно степная пыль позолотила щербатые кирпичи, эта трещина помнила ещё визит царя Перисада.

Стену вдоль трещины покрыли строительными лесами, словно заранее перемазанными побелкой. Каменщики пока не вернулись, так что леса напоминали брошенное осадное сооружение спешно отступающей армии.

Ихневмон посмотрел на стену. Поднял взгляд, убедился, что леса доросли до кромки. И только потом вспомнил про Арба.

Арб был там, за стеной. Он жил в своё удовольствие. Его не интересовало, кто у власти в Херсонесе. Ему было достаточно знать, что горожане избрали очередных дураков, надутые от важности.

Арбу не важно, кому принадлежит город. Он всё равно не живёт в городе. А значит, и не боится, что его захватит не та армия.

Не лучше ли жить, как он?

Ихневмон бросился к лесам и стал карабкаться. Их строили, конечно, под другой размах рук. Однако, у маленького дакийца всё получилось. Несколько мгновений — и вот он уже наверху, прикидывает, как лучше спуститься.

Он осматривается, решается — и вот он уже у подножья стен, в русом ковыльном море.

Пейзаж был не очень привычен для горожанина, но Ихневмон знал эти места. Главное, застать Арба. Хотя куда кифареду деваться?..