Глазами волка

Помните — их корабли ещё в гавани.

— А мы быстрее успеем ворота открыть!

— Со мной пришёл мой друг,— Маэс указал на Лика,— он только что из степи. То, что он знает, будет полезно для всех. Давайте, послушаем его, прежде бежать открывать ворота.

Все глаза смотрели на Лика. Каждый ждал его слова.

Сначала это было здорово. Но стоило ему открыть рот, как холодный страх схватил его за горло холодными пальцами.

Юношу трясло. Он словно окунулся в холодную воду. И сразу вспомнил, как пытался выступать на рынке и чем это закончилось.

Теперь юный невриец понимал, как непросто приходилось Маэсу на арене. Тысячи глаз смотрят, тысячи глоток готовы взорваться. Они верят, что ты победишь, — и там, в глубине живота, мечтают увидеть твоё поражение. Пусть ставка сгорит, так даже интересней. Она станет платой за зрелище, которое ты тайком мечтаешь увидеть.

Словно огромный, тысячеглазый титан взирал на него. И от него было не укрыться. Он был слева, справа, спереди — вокруг и везде. И даже металлическая Луна, покачиваясь над пламенем, взирала на него с тёмного неба.

Лик вдохнул поглубже, прикрыл глаза, чтобы лучше представить то, о чём собирался поведать. Картина всплыла из памяти — кроваво-алая, удушливая, обжигающая. Этот жар растопил холод страха.

И Лик начал свою историю.

40

Это случилось девять ночей назад.

Лик карабкался вверх по холму. Лапы сводило судорогой. Он не рассчитал силы и бежал слишком быстро. Неосмотрительно, слишком неосмотрительно. Цивилизация и правда делает воина мягкотелым, притупляет зверскую остроту чувств.

Он уже возле стен Новой Столицы, в самом сердце владений Палака. Лик нёс царю важные вести. Да, брат убит… но ясно, что месть будет неотвратима.

Вокруг столицы — сады и возделанные огороды. Земледельцы не станут прятаться за городские стены.

Как же больно… Такая беспечность недопустима. Лик всё ещё на службе. На войне мелочей нет.

Над холмом поднималось зарево костров. Интересно, что происходит? Наверное, царь решил устроить полевые манёвры. С тех пор, как Гиппас стал советником, он постоянно что-то придумывает для войны.

Если маневры и войско стоит, как в походе, это даже лучше. Лику вынесут сыра и чашку наваристой говящей похлёбки, как в древние времена. Потом царь выслушает его доклад. Обнимет, как равного, и прикажет трубить сбор.