Век героев

Возничий Периер, парнишка лет шестнадцати, поднял белое, как молоко, лицо.

– Я не хотел в него попасть! – тонко вскрикнул он. – Я думал только остановить его возничего! Я не хотел!..

– Но возничий уклонился, и камень угодил ему в лоб... – Менекей опять задрожал, обеими руками вцепившись в руку Геракла. – И, о боги, я не знаю, жив ли он еще, я не знаю!..

– Да что вы так разволновались из-за какого-то наглого грубияна? – фыркнул Иолай. – Ну, получил он камнем по башке, так ведь получил за дело! Правда же, Геракл?

– Менекей, – нагнувшись, чтобы заглянуть другу в лицо, тихо спросил Геракл, – в кого Периер попал камнем? Ну?!

Менекей еще крепче вцепился в его руку и сквозь стук зубов пробормотал:

– Это б-был Климен.

– О боги!

Геракл выпрямился, облизывая губы, и Периер в наступившей тишине простонал:

– Может быть, он не умрет? Он был жив еще, когда его увозили... Может, он не умрет?

Никто не откликнулся на его стон, все сейчас думали об одном и том же: если царь минийцев[4] умрет, война между Фивами и Орхоменом будет так же неизбежна, как сегодняшний заход солнца! Мир между двумя самыми могущественными государствами Аонии всегда был подобен сухой соломе, готовой вспыхнуть от любой случайной искры, а убийство орхоменского царя возничим сына царя Кадмеи будет не просто искрой, но целым факелом, от которого не может не полыхнуть пожар войны!

– Твой отец уже знает? – быстро спросил Геракл Менекея.

– Н-нет...

– А мой?

– Зевс?! – с ужасом воскликнул Менекей.

Геракл привел его в себя долгим пристальным взглядом и пояснил:

– Амфитрион!

– Нет... Я хотел сначала найти тебя... Я хотел, чтобы сначала ты...

– Хорошо, ты меня нашел! А теперь – успокойся. Сейчас мы отправимся в Фивы и все объясним твоему отцу. Периер, наверное, будет лучше, если колесницу поведу я...

– Нет! Будет лучше, если я ее поведу! – живо возразил Иолай.

– Геракл, Иолай, вы куда, в Фивы? – галопом подлетела к ним Меланиппа. – И я с вами! Давайте наперегонки.

– Никаких гонок! И никаких Фив! – рявкнул Хирон так, что его внучка съежилась и присела. – Фол, отведи Меланиппу домой! Завтра утром вы отправитесь в Эгиал, а этой ночью проследи, пожалуйста, чтобы она спала, а не носилась как угорелая по окрестным холмам и рощам...

– Ну, дедушка-а!.. – капризно взвыла Меланиппа, но осеклась под грозным взглядом Хирона.

– Если хочешь попрощаться с Гераклом и Иолаем, сделай это сейчас, – ледяным тоном велел старый кентавр.