Трижды заклятый или СЛАМОНА

Тогда директор притопал к нему в палату и начал задавать всякие вопросы… Но он еще ни разу не вызывал Джона в свой кабинет.

Всю дорогу до третьего этажа Мильн всполошено думал, зачем понадобился директору, а когда Джоунз распахнул обитую кожей дверь и отступил, пропуская Джона вперед, тому пришлось сложить пальцы обеих рук в знак Аш, чтобы осмелиться шагнуть через порог.

— Здрасьте, господин Тернер, — пробормотал он.

— Здравствуй, Джон, проходи, — отозвался директор.

Но Мильн смотрел не на него, а на женщину, сидящую в кресле у директорского стола.

От нее душно пахложасмином, у нее были черные, завитые на концах волосы…

Женщина обернулась и привстала.

— Джонни! — радостно вскричала она и протянула к Мильну руки с ярко-красными ногтями.

Джон шатнулся назад и вжался спиной то ли в мягкую обивку двери, то ли в живот господина Джоунза.

*

Маяк на Волчьем мысу уходил в небеса на полтораста метров, не меньше. Топая по чугунной лестнице, ажурной лентой вьющейся внутри каменной башни, Дэви сперва пытался считать ступеньки, но на тысяче с чем-то сбился и перестал.

Добравшись до верхней ступеньки, он пыхтел, как простуженный кит.

С облегчением расставшись с лестницей, Дэви впервые шагнул в то, что называлось «маячной комнатой». Вообще-то это больше походило не на комнату, а на открытую всем ветрам широкую площадку с висящей посередине огромной линзой. Древние говорили, что линза могла посылать луч до самого Иннэрмала, но сейчас, среди бела дня, фонарное устройство не горело, а смотритель маяка бездельничал, стоя у тонких перил, отделяющих площадку от головокружительной пустоты.

Теварец оглянулся на запыхавшегося ученика, приподнял бровь и заметил:

— Всё было бы проще, если бы ты овладел левитацией.

— Не всё.

Великий Маг оттолкнулся от перил и повернулся к Дэви.

Смотритель маяка по-прежнему был в узких черных брюках, но вместо растянутого свитера на нем теперь была белая рубашка с закатанными до локтей рукавами.

Щетина с подбородка и щек Теварца исчезла, исчез рубец, который раньше никогда до конца не заживал, волосы были зачесаны назад, вместо того чтобы падать на глаза дикими лохмами. Даже сами глаза изменились, из темно-серых стали светло-серыми. Но они по-прежнему смотрели так, что Дэви чувствовал себя, как под ярким маячным лучом – ничего не скроешь, не утаишь.

— Трудный день? — сунув руки в карманы, спросил Теварец.

— Черная Королева вернулась.