Отбор пяти колец

– Неужели же ты и твоя спутница, так стремитесь попасть на Отбор к дракону-императору, что даже готовы свернуть ради этого шеи?

– Благодарю, ваше сиятельство, – ответила Агата, сама не понимая за что она ее благодарит. – По правде сказать, мы повели себя необдуманно, но лишь для того, чтобы исполнить приказ великого дракона-императора. Простите, если наше поведение...

– Лидия, гляди на, что готовы девушки лишь бы попасть на Отбор! – перебила ее княгиня, поворачиваясь к дочери. – Тебе следует брать пример с их целеустремленности!

Лидия подняла на нее огромные, голубые и чистые, как весеннее небо, глаза, казавшиеся сейчас красными и опухшими, словно она недавно много и горько плакала, и затравленно кивнула.

Не могла же она плакать из-за того, что ехала на Отбор? Ведь любая девушка Визерийской империи была бы готова отдать десять лет жизни, лишь бы увидеть прекрасного Андроника Великого своими глазами.

– Как славно, что ты оказалась на этом корабле, моя девочка, – неожиданно нежно, проворковала княгиня, вновь поворачиваясь к Агате. – Моей Лидии было грустно в последнее время, и, вероятно, общество сверстниц ее развеселит. Мы занимаем голубую каюту на верхней палубе. Приходи к нам завтра после полудня вместе со своей спутницей. Мы будем счастливы вас принять!

Сказав это, княгиня Дуаре словно тут же забыла об Агате и, степенно вышагивая по палубе, продолжила свою вечернюю прогулку.

Пройдя мимо расступившихся перед ним матросов, вперед выступил невероятно высокий и широкоплечий господин. Его загорелое лицо было словно высечено из скалы, а светлая борода была самой роскошной и ухоженной из всех бород, что доводилось когда-либо видеть Агате.

Судя по тому с каким почтением на него смотрели все вокруг, он был фигурой лишь немного менее значимой, чем княгиня Дуаре.

– Домидонт, что это здесь творится? – поинтересовался он у помощника капитана, о котором все успели позабыть.

– Но капитан, у нас же не осталось свободных кают, – растерянно пролепетал помощник капитана.

– И что теперь, Домидонт? По-твоему, мы должны высадить госпожей, которым благоволит сама княгиня Дуаре на берег? Освободишь для них свою каюту.