Отражения. Миттельшпиль

Он улыбался, но в глазах мелькало беспокойство. — Но лорд дель Эйве…

— Лорд дель Эйве занят, — Феликс перетек из одной позы в другую, словно ему надоело сидеть вот так. Теперь он почти лежал в кресле, держа руки на подлокотниках. Один его жест — и Айвеллин кинулась наливать ему чай. — Очень сильно занят тем, что пытается решить для Блэкторна одну задачку… Так что выбор платья для леди Лидделл на моих плечах. Если вы беспокоитесь, мастер Рейнеке, — Феликс вытянул руку вперед и посмотрел на свои пальцы, решая что-то.

— Так уж и быть, оставлю вам залог.

Он стянул с руки один из перстней — я видела, как сверкнул темный, насыщенный камень в нем — и протянул его на раскрытой ладони в сторону Ренара. Другой рукой он взял у Лин чашку.

— Вернете мне, когда леди Лидделл окажется здесь вечером, — сказал Феликс. — И поверьте, я тоже извлек урок из недавнего… приключения, — он сощурился и посмотрел на меня. Так, словно пытался рассмотреть что-то, что я скрывала. — И не собираюсь портить отношения с теми, кто способен оттаскать меня за шкирку, как нашкодившего щенка.

Ну что же вы? — он обернулся к Ренару.

Подходить и брать кольцо Ренар не торопился, и я его понимала. Я бы с большей радостью выкинула это кольцо в окно. Вместе с принцем.

— Простите, ваше высочество, — отозвался Ренар со странной для меня серьезностью. — Это выглядит как попытка меня купить.

Взгляд Феликса наполнился презрением — впервые за эту встречу.

— Это кольцо моей матери и оно мне дорого отнюдь не потому что стоит, как год вашей жизни, мастер Рейнеке, — почти выплюнул принц.

— Так что постарайтесь не потерять его.

***

В салоне госпожи Флоры Фонс-Флорал по прежнему пахло пионами и пудрой, а Элси Хоук, чуть печальная и усталая, встретила нас в большой круглой комнате, светлой и наполовину пустой. За спиной Элси была плотная шторка, похожая на театральную кулису — я догадывалась, что там, за шторкой, прячутся зеркала и вешалки с платьями.

Лин крепко держала меня за руку — она делала это всю дорогу, пока мы сидели в карете и Феликс многозначительно молчал.

Он то смотрел в сторону, в окно, словно видел что-то в узком просвете между запахнутыми шторами, то на меня, украдкой: стоило мне поймать его взгляд, как принц тут же отворачивался, а тень беспечной улыбки, приросшая к его обыденной маске, исчезала, стертая неприязнью.

Это казалось мне пыткой. Не потому что мне хотелось бы нравиться Феликсу, нет, этого я точно не хотела.