Отражения. Миттельшпиль

— Ты же веришь мне?

— Конечно, верю, — ответил он со вздохом. — Но хотел услышать это.

Я хмыкнула.

— Что? — волшебник снова посмотрел на меня.

— На месте Амелии я бы злилась, — сказала я прямо. — На тебя, на дядюшку, на кого угодно. И на некую леди Лидделл — тоже.

— Продолжать злиться на тебя с ее стороны будет страшной неблагодарностью, — он криво усмехнулся и добавил совсем глухо: — После того, как ты спасла ей жизнь. И себе тоже, пожалуй.

Рука Кондора легла на мое плечо, осторожно и мягко. Волшебник пытался меня успокоить, а я застыла с приоткрытым ртом, переваривая его слова.

Нет, я понимала, и тогда, рядом с фонтаном и туманной стеной, и потом, когда сидела в гостиной Антеи, что с Амелией и со мной самой могло случиться что-то очень нехорошее. Но Кондор подтвердил это — и мое сердце рухнуло вниз.

Чья бы воля ни жила в тумане и в лесу, который проступал сквозь парковые деревья, добрым оно не было. Не ко мне так точно.

Я помнила, как корни бросались под ноги, а ветки цеплялись за платье.

И плащ остался где-то там, в парке — или, может, в лесу?

Что бы стало со мной, если бы я пошла за Амелией в туман, а не удержала ее? Что стало бы с нами обеими, не приди вовремя помощь?

— Ты скажешь мне, что там произошло? — спросила я и схватила Кондора за руку.

Вдруг возьмет — и сбежит без объяснений.

Он удивленно посмотрел на то, как мои пальцы обвили его запястье, но не стал выворачиваться или пытаться меня стряхнуть. Только поднял руку так, чтобы мне было удобнее держаться.

— Если бы я знал, что именно там произошло и чего стоит опасаться, — ответил Кондор своим обычным, чуть холодным голосом.

Он замолчал, словно задумался.

— Пойдем, покажем тебя Блэкторну, — сказал Кондор, наконец. — Чтобы он удостоверился, что ты в порядке.

Я нашла силы расцепить пальцы и перестать держать его за запястье.

— Есть многое на свете, господин волшебник, что я хотела бы знать, — ответила я. — Но последние месяцы моей жизни научили меня разбираться с собственным незнанием на свежую голову. Забери меня отсюда подальше, — я ткнулась лбом ему в плечо — и ладонь Кондора снова легла ко мне на затылок. — Не хочу больше никаких принцесс.