Отражения. Миттельшпиль

Другой рукой она поудобнее перехватила трость и оперлась на нее.

Мне стало легче — не пришлось оправдываться и неловко лгать о том, что пряталась за колонной. Я не боялась насмешки, не боялась показаться грубой или глупой, но боялась, что мне зададут какой-нибудь вопрос, из-за которого я выдам Феликса — и саму себя.

— Я хотела быть дерзкой, но не выдалось удобного момента, — сказала я, и леди Аннуин посмотрела на меня искоса.

Уголки ее губ дернулись.

— Зато вы не доставили неудобства, проявив себя с худших сторон, леди Лидделл, — сказала она, отводя меня в сторону — мимо прошли три незнакомые дамы, с которыми леди Аннуин обменялась взглядами.

Я ничего не ответила, подумав про себя, что Амелия вполне имела право доставлять неудобства всем вокруг. Будь я смелее, я бы на ее месте так и сделала.

— Я бы предложила вам выпить чашку чая в моей компании, леди Лидделл, — леди Аннуин оперлась на мою руку.

Она глубоко вздохнула — и я поняла, что старой леди тоже не по себе от запахов.

И, возможно, у нее тоже кружится голова, но матриарху знатного рода нельзя показывать это.

— В воздухе слишком много всего, леди Трайя, — сказала я, чуть сжав ее пальцы, которые лежали на моем предплечье. — Того и гляди расчихаюсь. Как котенок.

— В таком случае, дитя, мне стоит отвести вас к леди Альбской, как я обещала, — снисходительно ответила леди Аннуин.

Я улыбнулась.

Мне очень не хотелось пробыть в ее компании дольше, чем я могла.

— Я знаю путь к оранжерее, — сказала я. — Не утруждайте себя. Возможно, леди Филиппа…

Я хотела сказать что-то про чаепитие и беседу, но леди Трайя прекрасно все поняла.

— Так не терпится от меня избавиться, леди Лидделл? — проямо спросила она.

Пальцы сжались крепче, почти вцепились в мою руку, грозя оставить синяки.

Кто-то открыл перед нами тяжелую храмовую дверь — и я до боли глубоко втянула посвежевший воздух.

— Не буду лгать, — ответила я тихо, потому что вокруг были еще люди — слуги, знать, жрецы. — Рядом с вами мне не по себе. Я вас опасаюсь.

— Правильно делаете, — в голосе старой леди прозвучало самодовольство. — Проводите меня до кареты — и мне будет все равно, куда и с кем вы пойдете ждать своего волшебника.

Я думала, леди Филиппа перехватит нас где-то на лестницах, но она не появилась.