Отражения. Миттельшпиль

— Я не привыкла быть дерзкой, ваша светлость, — сказала я как можно спокойнее, хотя в горле пересохло от волнения. — Скорее, наоборот.

— Вы лжете, — сказала она так же спокойно.

Я не сдержала усмешки.

Я правда лгала, но, что иронично, не в этом.

— Возможно, в чем-то я правда лгу, но, насколько я помню, ваша светлость, я не давала вам повода упрекнуть меня в излишней дерзости.

Она задумчиво хмыкнула и подалась вперед. Миндально-жасминовый шлейф ее духов — тоже. Он был приятным и странно притягательным, куда более приятным, чем удушающий пудровый аромат, которым от леди Трайи пахло тогда, на приеме.

Хотя сейчас пудрой пахло тоже — и мне снова хотелось чихнуть.

— Дерзость, дитя, не в том, чтобы говорить глупости, считая это смелым поступком. И не в жестоких шутках, к которым склонны некоторые мальчишки. Дерзость — это еще и умение держать удар. А вы дали мне показать, что умеете, — кажется, она улыбнулась. — Как видите, юный принц выпросил у меня мою любимую трость, — добавила она, отстраняясь.

— Она понравилась ему, а он любит и умеет получать красивые игрушки. И это тоже своеобразная дерзость. Нельзя быть так близко к Феликсу, как приблизились вы, и не заразиться этим, и раз уж моя дорогая Филиппа уговорила меня позвать вас сегодня, леди Лидделл, будьте хорошей девочкой — развлеките меня.

Она точно говорила не о чтении на ночь и не о том, чтобы я подавала ей блюдца с пирожными.

И не об игра на арфе, к примеру.

— Не будьте скучной, вот о чем я прошу.

Трость дернулась и задела мою ногу.

Случайно или намеренно — я не бралась судить.

Мне хотелось спросить, что в понимании леди Трайи было “скучным” и входило ли в понятие развлечений, к примеру, случайное превращение кого-нибудь в ледяную статую, но я не успела набраться смелости для этого.

Карета пересекла речку, одну из дочерей Ренре, отделяющую Королевский Остров от Арли, и остановилась. Нас ждали: леди Филиппа стояла у ворот, держа в руках фонарь со свечой. Она улыбнулась мне, когда заметила, и еле заметно кивнула.

***

Амелия сидела на скамье передо мной, рядом с леди Трайей и кем-то еще. Волосы ее были распущены по плечам и в тусклом свете казались по-настоящему золотыми. Если бы я протянула руку, я могла бы коснуться их, но я этого, конечно, не делала.

Принцесса сделала вид, что не замечает меня, и я приняла правила этой игры.

Мне не хотелось быть навязчивой, не хотелось переступать через себя и заискивать перед Амелией.