Долги Красной Ведьмы

Хочешь, я стану твоим карманным чудовищем?

— Ты, — она помедлила, прежде, чем спросить, — поможешь мне отнять детей у Уриена Брогау?

— Почему ты спрашиваешь? Разве ты во мне не уверена?

— Он был твоим другом. И его, скорее всего, придется убить. Мне бы на твоем месте было... нелегко.

— Когда он возился со мной, я знал, что он делает это ради чего-то другого, — сказал Кеннет. — Но я, правда, думал, что — ради тебя. Некоторые уроки его, — он машинально напряг руки и плечи, как будто держал тяжелый меч, — бесценны.

Но если речь будет идти о твоей жизни... или моей... или ребятишек, что мне останется? Убить Уриена Брогау, ха! Если у меня получится. — Он свел брови. — Я же теперь все могу, да?

— Прими совет профессионала, — сказала Аранта. — Береги кровь. Рэндалл за каплю своей убивал, я — свидетель.

— А ты?

— Я в жизни не потеряла ни капли крови. Только через месячные, да еще когда менялись зубы. Ну, за этим можно уследить.

— Такого же быть не может! — Кеннет немедленно пустился в волнующее исследование.

— Господи, правда, ни шрамика, ни оспинки. Повернись-ка!

— Меня даже комары не кусают, — самодовольно сообщила Аранта. — Ой!

Хлоп! Ну что ж, сейчас кровососущие твари отучат ее зазнаваться. И едва ли теперь будет благоразумным брать в руки ядовитых змей.

— С ума сойти, — констатировал Кеннет. — Может, заколдовать тебя и оставить здесь, совершенную, как мраморная статуя? На века. И приходить к тебе...

— И каждый раз обнаруживать, что меня затянуло травой и подлеском, выщербило водой и ветрами, растрескало жарой и морозом.

И птицы...

— Не подумал, — согласился Кеннет. — Нужен дворец. И потом, как же с тобой, мраморной, мы станем заниматься любовью?

— О, вот это существенно.

Некоторое время она еще упивалась его восхищенным исследованием ее груди: такой небольшой на вид и в то же время такой увесистой, так значительно ложащейся в ладонь. Было так странно и совершенно волшебно поверхностью кожи ловить излучение тепла его ладони, скользящей в полудюйме от тела.

Особенно теперь, спустя всего несколько минут после того, как меж ними, кажется, и лезвия ножа было не просунуть.

Тем временем солнце выползло на небосвод, как будто его звали, поверхность воды забликовала, теплый парной дух земли потянулся ввысь, где руки невидимых мастеров лепили из него облака. Аранта села и потянулась, забросив руки за голову.

— Пошли в воду, — предложила она.