Я — фанатка

Объяснил, почему Ксения ответила отказом. Отец никогда не примет Кирилла потому что он не был магом смерти.

Кирилла оглушила новость. На его лице я не видел испуга, только растерянность и непонимание. Спустя долгую минуту он потянулся за графином с водой. Попросил немного времени, чтобы избавиться от миазмов выпитого накануне, а после я повторил всё, что сказал, ещё раз.

Он пребывал в глубокой задумчивости, слушая объяснения. Не перебивал, лишь иногда спрашивал то, что не очень хорошо понял.

— Ты не боишься? — осторожно спросил я спустя некоторое время после того, как закончил рассказ.

— Я всё детство провёл в твоём доме. Твои родители всегда были добры ко мне. Мы лучшие друзья и я без памяти люблю твою сестру. Чего мне бояться? Только того, что теперь я вижу, что есть настоящая причина, почему мы не можем быть вместе.

Апатия коснулась плеч Кирилла. Он поднялся из кресла, на шатающихся ногах дошёл до кровати и рухнул в постель.

Я оставил его одного.

— Значит, магия смерти его не испугала? — уточнила Марта.

— Похоже, что так.

— Теперь давай посмотрим, что будет за ужином.

— Но что может измениться?

Кирилл, конечно, знал причину отказа, и я был рад, что друг не мучается самоуничижением или неизвестностью, но это все, что могла предложить моя правда.

— Я имела беседу с Ксенией пару часов назад. Попыталась втолковать ей, что она достаточно взрослая, чтобы принимать собственные решения, а не слушать отца.

— Не думаю, что она посмеет ослушаться.

— Тогда моё мнение о твоей сестре изменится не в лучшую сторону.

Уж прости.

Мне оставалось пожать плечами.

— Отец растил нас в повиновении и настаивал на послушании, — попытался я оправдать Ксению.

— И всё же ты решился на акт восстания, продолжая быть рядом со мной.

Я смутился странному комплименту, но именно он это и был. Марта говорила, что считает меня храбрым, когда я сам так не думал.

— Я не наследник.

— Воспитанная в послушании, Ксения не стесняется вести себя вызывающе.

Вспомни тот завтрак, когда мы с ней познакомились. Или как смело она говорила с магами земли, явившимися на смотрины. Она не стеснялась перечить отцу и не уступала его воле все эти годы. Если она поступится своими чувствами к Кириллу сейчас, значит, вся её храбрость — поверхностное напускное позерство. Ты думаешь, она такая?

Марта не хотела никого обидеть, просто вела разговор в той странной, свойственной только ей манере видеть вещи под не самым очевидным углом.