107 дней морозной мглы

Парень не переставал удивляться, как преобразилась его спутница. Она была очень разговорчива и приветливо общалась с Гостемирой, узнавая, откуда они родом, каким образом оказались в Перессе и как им живется. При этом сама практически ничем не делилась и лишь невзначай упомянула, что ее зовут Марьяна. Хотя юношу и распирало любопытство, он не стал встревать в разговор с расспросами, зачем девушка была в северных землях и почему за ней гнались обрядники, а лишь слушал и любовался ее прекрасным чертами лица.

— Марьяна, не знаю, с каких краев тебя к нам ветром принесло, но у нас такую красу, как ты, не встретишь.

Только вот наряд бы тебе дельный нужно найти. Не гоже в таком тонком платье по морозу разгуливать. Мне, к сожалению, выручить нечем, уж прости. Живем мы скромно, да и не по размеру моя одежда будет, — сказала смущаясь хозяйка дома.

— Гостемира, ну что ты. Мы завтра в Старгород поедем, там ей и прикупим все, что нужно! Мне все равно рыбу девать некуда, все кадки забиты, на продажу отвезу в город, пока не испортилась, — встрял в разговор парень.

Одобрительно кивнув, женщина сказала, что пора готовить Хавронью в последний путь. Ей предстояло обмыть и облачить в чистые одежды почившую, а затем провести с ней всю ночь обращаясь к Сварогу, Чернобогу и высшим силам с требами принять душу покойницы.

— Ну что ж, спасибо вам за сытый стол и теплый прием. Пойдем мы, засиделись уже. Мне ж еще к дяде заглянуть нужно, да в избе своей холостяцкой порядки навести, — с этими словами Сивер отвесил поклон и направился к выходу.

Девушка, вскочив с лавки, сразу же побежала вслед за ним, ухватив за рукав рубахи. Парень заботливо накинул на нее свою телогрейку, и пара под руку вышла на улицу.

Подойдя к дому, он проводил спутницу до крыльца, а сам направился к Переславу, чтобы сообщить о горе, постигшем соседей, и предупредить о своей завтрашней поездке в Старгород. После короткого разговора юноша поспешил вернуться к Марьяне, не желая надолго оставлять ее одну.

Каково же было его удивление, когда с порога он увидел, что она, не теряя времени даром, уже суетливо хозяйничала, наводя порядки в горнице.

Горшки, канопки и крынки стояли ровными рядами на полках. Мешочки с припасами отнесены в кладовку, пол выметен дочиста, а покрывало и подушки аккуратно сложены на лежанке. Сивер задержал свой взгляд на печи и его щеки залились румянцем. Он не смог скрыть смущения от промелькнувшей в его голове мысли, что дожив до своих лет, он еще ни разу не спал бок обок с девушкой.