Солнце Самайна

Мюрин не сказала ни слова, доверившись воину, оправила плащ и быстро глянула из-под ресниц на того, к кому шла с просьбой.

Нуаду поймал её взгляд и улыбнулся — вышло обжигающе-холодно, так что девушка едва сдержала дрожь. И запоздало поняла, что не знает, как и о чём говорить с королём — вот так, стоя перед ним.

Больше того, она вдруг осознала, что до этого момента не верила всерьёз в то, что действительно встретит сидов. Что мольба её окажется услышана. Фантазия доводила до ритуального жертвенного камня, Мюрин проливала свою кровь и говорила нужные слова, которые слышала как-то у друида… И всё.

А как заговорить с ним теперь? Можно ли — говорить с ним здесь?

Король сидов пугал. Он сидел мирно, взирал благодушно и без злости, но было что-то в холодных светлых глазах, отчего Мюрин жалела, что спутник выпустил её из рук. Взгляд, мёртвый золотой венец в мертвенно-белых волосах, отлитая из серебра рука — та, за которую он получил своё прозвище Аргатлам.

По рассказам мудрого Фин Кива было нетрудно узнать короля, друид знал многое, рассказывал истории о сидах и, поговаривали, состоял с ними в родстве.

— Приветствую тебя, Нуаду Серебряная Рука.

Голос спутника заставил Мюрин собраться и отбросить сомнения. Она должна быть твёрдой! Она пришла туда, куда мало кому доводится ступить, значит, судьба ей благоволит, и нельзя не воспользоваться этой удачей.

— И я приветствую тебя, Конн Кеткатах. Что привело тебя сюда в середине ночи?

— Нетрудно ответить.

С моря пришли враги.

— Враги пришли на землю людей, что нам до того за печаль? — лениво отозвался сид.

— Дозволь мне сказать, король Нуаду! — не выдержала Мюрин, но постаралась, чтобы голос её прозвучал учтиво, и запоздало поклонилась.

— Ах, у ноши Конна есть голос? И сладкий какой, — взгляд Нуаду обвёл девушку с ног до головы. — И что ты хочешь спеть, прекрасная дева?

— Нетрудно ответить. Теперь время одной песни — песни войны, — решительно промолвила Мюрин, пусть под взглядом короля сидов отчаянно робела.

— Желтобородые чужаки воюют подло, они не щадят ни стариков, ни детей, ни беременных женщин. Они принесли с собой своих богов. Слышал ли ты о мудрости Фин Кива, о король Племён богини Дану?

— Воистину, мудрость его велика и слава о ней идёт далеко, — задумчиво склонил голову Нуаду.

— Мудрый Фин Кив убит пришельцами, и все его чары не сумели помочь.