Тоска по грядущей тени

Как какая-нибудь девчонка из его родного города, а не как представитель аналитического департамента Второго отделения Императорской канцелярии. Яушев рассмеялся.

Ильницкая подхватила с песка небольшую корзинку и скрылась в дощатой кабинете для переодевания. Через пятнадцать минут она появилась в простом длинном голубом платье, только отдельные влажные пряди выдавали в девушке любительницу утренних купаний.

– Моя тетушка все жалуется, что здесь нет купальных кабин. Вы их когда-нибудь посещали? – спросил Константин неожиданно для себя.

– От них начали отказываться, когда я была ребенком, – Софья отрицательно помотала головой. – У меня достаточно прогрессивная семья, мы ездили на отдых туда, где ко многому относятся проще. Но я знаю, что так не везде.

– Потому и пришли сюда рано утром? – вдруг догадался Константин. – И это будущий директор интерната…

Софья строго посмотрела на Яушева, под ее взглядом он замолчал, только в глазах продолжало плескаться веселье.

– Поверьте, я в аналогичной ситуации. Никак не могу покататься на велосипеде, – признался Яушев. – Кто бы мог подумать, что у нас так много общего.

Софья улыбнулась и убрала с лица влажную вьющуюся прядку.

– Очень приятно, когда тебя понимают…

– Однако я вынужден взять с Вас обещание, что Вы откажетесь от утренних морских купаний в одиночестве, – без улыбки добавил Константин. – Слишком у нас неспокойно в последнее время. Потому давайте-ка я провожу Вас до гостиницы, иначе даже оставшиеся несколько часов проведу без сна.

– Волноваться будете? – не без вызова спросила Софья, послушно беря Яушева под локоть.

– Безусловно, – согласился мужчина. – Как представлю, сколько документов нужно будет заполнять при вашей внезапной пропаже, глаз дергаться начинает…

Глава 4 (часть 2)

От набережной до гостиницы они не умолкали, хотя нельзя было сказать, что конкретно было предметом разговора. Сперва Константин рассказал про книги, которые любил в детстве, потом Софья поведала, как читала одну из них, когда лежала в лазарете во время учебы в гимназии, затем Константин вспомнил, как в юнкерском училище переживали эпидемию ветряной оспы, а Софья упомянула, что от этой болезни лечилась под присмотром строгого деда, подхватившего ветрянку от внучки и успевшего заразить председателя совета министров, пока признаки заболевания не стали явными для всех.