Тоска по грядущей тени

— Целитель из меня, прямо скажем, не блестящий, но кое-что я умею.

Константин тяжело вздохнул.

Произошедшее вечером стало последней каплей дегтя в бочке помоев сегодняшнего дня.

Яушев даже переставлять не хотел, как будет описывать события этого вечера канцлеру: «Ах, Александр Михайлович, меня едва не обворовали, но я наслал паралич на обидчика, потом его избили неизвестные, а, когда я оказывал ему первую помощь, он набросился на меня и покусал, забрав фрукты, которые я купил для тетушки, к слову, противнику было не больше десяти».

— Скажите честно, вам просто нужен повод предложить мне эвтаназию, — устало спросил тайный советник, неэлегантно поднимаясь с земли.

Неожиданно Софья рассмеялась.

Константин отметил, что у девушки был очень красивый смех: мелодичный и негромкий, он звучал нежно и даже будто ласково.

— Поверьте, мне не всегда требуется повод, — она подошла к мужчине, взяла его за запястье и развернула так, чтобы видеть ранки.

— Я так не согласен, — не удержался от улыбки Яушев. — Мне бы хотелось с графиками, диаграммами и ссылками на исследования по всей Империи.

Ресницы Софьи дрогнули, и она снова рассмеялась. Пока тайный советник говорил, девушка не отрывала взгляда от его руки и выплетала нехитрые узоры безымянным пальцем.

— Я учту, Константин Сергеевич, — мягко сказала она спустя полминуты, когда от ссадин не осталось и следа, и улыбнулась уголком губ.

Пряди из ее косы выбились и завились от влажного морского воздуха, оттого девушка казалась гораздо наивнее утреннего варианта себя.

Софья отпустила его запястье, но все еще оставалась близко, потому Константин мог разглядеть тоненький шрам в начале брови, веснушки на носу, две небольшие родинки на подбородке.

— А как же ценность человеческой жизни? — не удержался от вопроса Яушев, чувствуя, как магия момента — не того исцеляющего колдовства, которое только что творила девушка, а совершенно иного волшебства — разрушается.

— Полагаю, сейчас не лучшее время для дискуссии по этому вопросу, — мягкая полуулыбка тут же сменилась жесткой линией плотно сжатых губ. — Всего доброго.

Не дожидаясь ответа, Софья развернулась и ушла по направлению к лавочкам с фруктами.