Княжич степных земель

Его люди прошли внутрь, но никого не застали – по углам лежали бедняки, кто-то пил дешевый сбитень, кто-то охал и ахал, прося денег. Но проповедников не было, словно те провалились под землю.

Дальше стало ещё хуже. Вместо миловидных слуг в терем пришли работать другие. И Войцех к собственному удивлению увидел среди них немало своих знакомцев! Одних его соколики вылавливали и на время сажали в темницы, других долго искали, да никак не могли найти. Да уж, хорошенько постаралась княгиня! Теперь княжий терем кишел ворами и разбойниками.

Интересно, какую награду им пообещали и за что.

Нет, жить с такими, видеть их наглые лица каждый день воевода не мог. Потому приказал своим людям собрать его вещи и отвезти к дому. Там его ждала статная любовница. Всяко лучше, чем змеиное гнёздышко, которое свила пани Ольшанка Кадзимежская. А какой медовой поначалу казалась – глаз было не отвести!

- Пан, - в дверь просунулась голова ратника, - там снова роют все комнаты, копаются, как в землянках.

- Опять? – нахмурился Войцех.

– Что снова случилось?

- Говорят, ворожей сбежал, - воин покачал головой. – Весь терем кверху полом стоит, а ясноокая пани искры мечет.

Войцех сплюнул на пол. Ну баба! Чтоб ей, окаянной, вышиванием заниматься всю оставшуюся жизнь, а не пылать гневом и казнить простой люд! А ведь непременно кого-то повесит, с неё станется.

- Уезжаю! – в сердцах воскликнул Войцех. – Хватит с меня княжеских хором!

Воевода выскочил во внутренний двор и принялся расхаживать от одного крыльца к другому, ожидая, пока слуги приготовят сани.

Пусть Юркеш сам справляется с этой гадиной, а он, Войцех, терпеть её не станет. Его удел – война, рать, стрельцы и мечники. И дружина воеводы своё дело хорошо знает. А с бабами соревноваться в плетении всяких заговоров – нет уж, ни за какие монеты на свете.

А ведь как славно жилось при Стратиче, когда тот был полон сил! В те времена бабы и слова поперёк сказать не могли – сидели в своих светлицах, рукодельничали и смотрели в пол, как положено. Юркеш же наглядно показал всем, что этим гадинам спуску давать не стоило.

Ослабишь хватку, упадёшь духом – и пропадёт медовая улыбка, а вместо неё появится морозный, пробирающий до косточек взгляд.

Войцех уселся в багряные сани, хорошо закутался и приказал возничему ехать. Они понеслись по снежной столице. Воевода смотрел на ладных купеческих девок, торговцев, кланявшихся ратников, детишек, которые носились по улицам, вдыхал запах мёда, пряников, кованого железа и мыльной воды.