Бездна: затаённый мир. Из пепла в пламя

Бездна: затаённый мир. Из пепла в пламя

Диана Чайковская

Стихотворный сборник о том, что лежит/лежало на сердце. Белоснежно-багровое, с привкусом стали и мрака, в котором копошатся змеи.

Бездна: затаённый мир

Из пепла в пламя

Диана Чайковская

© Диана Чайковская, 2021

ISBN 978-5-0053-9085-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Бездна: затаённый мир

1. Бой

то ли ядом стекает солнце, то ли с солнца стекает яд, кровью плачет или смеётся наш кипящий в аду отряд, распевает на завтрак песни, а к обеду хрипит в дыму.

только небо ему не внемлет, то впадая в анабиоз, то рождая всё больше чудищ без способности слышать боль.

с верой в солнце уходит чудо – остаётся нам только бой.

2. ВО СЛАВУ МАСС

во славу масс нас скормят псам с солёной тканью на глазах, кто свято верит небесам, а кто смеётся, истерзав собою нервы солдатни.

«вот вам и ад во всей красе, горите в нём, держась за нимб, куда ни глянь – живой прицел, готовый к смерти хоть сейчас!»

мы разноцветными пришли, сдирая маски и крича, что мир свободой забурлит, как только сдохнут палачи и казнь взлетит в небытие.

сейчас уйдём, но зазвучим однажды в чьём—нибудь ружье.

3. Душемолка

слышен грохот душемолки в центре рыков, голосов, сбоку же скребутся волки, не дают свалиться в сон.

рвёшься—рвёшься в уголочке – ад клокочет изнутри, проверяет дух на прочность, мол, хоть с честью, но – умри, ты же жалкие останки прогоревшего давно.

за запястья когти тянут, из вины мне вьют венок, вызывая смех с удушьем (за окном – почти светло).

…кажется, пора есть ужин и носиться средь котлов.

4. О лете

через множество таблеток и улыбки докторов пишем песенки о лете, верить учимся в добро, снова чем—то загораться и не гаснуть в тот же миг, будто нам ещё тринадцать, и мы кажемся людьми, будто мама не кричала: «Вон вдвоём из этих стен!», не ломился в дверь ночами недотраханный отец.

летом сутками носились по подвалам и дворам, рисовали ярко—синим, пели с ночи до утра. что ни день – погоня, драки, игры в пряник или кнут. шерстью грели нас собаки, когда холод крался внутрь.

каждый день мы молча гасли, чьи—то руки рвали мир, мол, учись—ка лучше, ясно?! и не вздумай мне хамить!

ад закончился, как пеплом унеслись за все круги.