Сказка зимнего перекрёстка

Может быть, самую злую в жизни. Они стояли на пути табуна.

Лошади неслись на них во весь опор, , не глядя ни вокруг себя, ни вперед, как это бывает им свойственно, когда безумие скачки овладевает всеми ими сразу. Верховые погонщики, разогнавшие табун для того, чтобы согреть лошадей, с обеих сторон свистели длинными хлыстами. Заворотить эту лавину не так-то просто, и вовсе не скоро, и если у кого-то хватает дурости выпереться перед табуном, считается, что ему не повезло, и он сам виноват.

На них накатывала масса желтовато-песочных тел, блестящих, лоснящихся от пота, светлые нестриженые хвосты и гривы взметались, как вымпелы, особенно в этот миг Власер оказался неравнодушен к тяжести и мощи ударявших в землю копыт. Разделяющее их пространство они пожирали, как греческий огонь. Погонщики заметили людей и запоздало кричали, чтоб они убирались с дороги. Надо отдать им должное, они делали, что могли, однако же никто не осудил бы их за то, что им тоже не хотелось быть растоптанными.

Он видел уже их обезумевшие глаза и пену на мордах. Он сам, наверное, в этот миг походил на загнанную лошадь, он втянул голову в плечи, сгорбился и закрыл лицо руками... Это будет больно.

Больно не стало ни с этим ударом сердца, ни со следующим. Вокруг грохотала земля, бешено, торжествующе ржали эти гладкие гривастые соловые твари, в унисон со всем этим бушевала в висках его собственная кровь, но больно не было.

Сплошной поток табуна распался на два русла, словно обтекая скалу. И этой скалой был он сам. Он стоял посреди этой лавы, как остров, а кони, набегая, шарахались в стороны и проносились мимо, мимо, мимо...

Потом грохот отдалился, погонщиков, глядящих на это чудо дикими глазами, тоже унесло прочь.

Марк стоял в нескольких шагах, мордой в грудь ему тыкался высокий нервный трехлеток, еще в пене, еще с полубезумными закаченными белками. Ласковая, укротившая Льдинку ладонь, успокаивая, оглаживала дрожащего коня.

– Он сам меня выбрал, – сказал Марк. – Он ради меня от табуна отстал. Значит, будем вместе.

Власер подумал, что надо бы заказать еще колечко.