Танцы на Цепях

Голова ее была откинута назад, руки безвольно свисали, тело, затянутое в голубой шелк, казалось почти прозрачным, истощенным до того предела, когда жизнь покидает плоть навсегда. Бескровные губы плотно сжаты, веки трепещут.

Значит, не мертва, а просто без сознания.

Взглянув на Ш’янта, Безымянная замерла на месте. В алых глазах не осталось ни капли живого огня. Вряд ли иномирец вообще понимал, что происходит и где он находится. Приподняв женщину, он прижался щекой к белоснежным волосам, вдохнул так глубоко, как только мог.

– Не оставляй меня.

Тонкая рука дрогнула, с трудом приподнялась, пальцы коснулись бледной щеки, скользнули по сжатым губам. От этой ласки почему‑то стало горько. Так умирающий утешает упрямого ребенка, не желающего мириться с реальностью.

– Когда‑нибудь ты меня простишь.

Сон треснул, раскрошился. Безымянная вздрогнула, всполохи перед глазами поплыли, потускнели и смазались.

***

Закашлявшись, она резко села и поморщилась от тупой боли в затылке. Всего в трех футах над головой навис потолок. В центре крохотного помещения, похожего на пещеру, мерцал красный огонек, распространяя вокруг волны живительного тепла. Рядом булькала вода.

Последнее, что она помнила – треск разрываемых корней, несущийся навстречу мрак и свист ветра в ушах.

Одежда была полностью сухой. Странно, они ведь не могли просто зависнуть в воздухе и лететь до тех пор, пока не нашли пещеру.

– Как тебе сны?

Голос иномирца вывел из оцепенения. И был он до странности мягок, отчего кожа покрылась мурашками, а волосы встали дыбом. Предчувствие беды закралось в сердце, заставив поискать Ш’янта взглядом. Тот расположился у красного огонька и так плотно слился с тенями, что рассмотреть его с первого раза было почти невозможно.

– Из тысяч возможностей, ты протянула руки именно к этой, – иномирец усмехнулся, но глаза остались ледяными, – это судьба? Случайность? Хотелось бы думать, что случайность.

Казалось, он говорил сам с собой, не ожидая ответа.

– Я говорила во сне? – Безымянная тяжело сглотнула.

– Мы связаны, – бросил Ш’янт, – тебе нет нужды говорить, чтобы я знал. Достаточно просто видеть.

– Эти сны были повсюду! – выпалила она. – Я просто выбрала…

Иномирец моргнул, губы сжались в нить. На виске забилась тонкая жилка.