Танцы на Цепях

Ее глаза расширились от удивления, когда мощный удар по колену заставил пошатнуться, а следующий окончательно выбил почву из‑под ног.

Ухватив женщину за ворот куртки, иномирец впечатал ее в дерево, да так, что ствол громко затрещал. Клаудия тяжело выдохнула, а на губах запузырилась кровь. Новая попытка замахнуться не увенчалась успехом. Иномирец ухватил клинок свободной рукой, сдавил, рассыпая по люзу паутину трещин.

– Тебе со мной не тягаться, Клаудия, – бросил он, когда меч не выдержал и разломился пополам, оставив в руке Ш’янта продолговатый осколок.

Перехватив его удобнее, иномирец одним движением пригвоздил женщину к дереву. Люз прошил плоть, точно нож масло, и прочно засел в кровоточащей древесине.

Безымянная даже не успела подняться. Все произошло за считаные секунды. В горле застрял крик, а затем и вовсе соскользнул вниз, распался, так и не оформившись.

Когда Клаудия повернула голову, по спине прокатилась волна холода. В стекленеющих глазах быстро растворялся блеск, губы шевельнулись, выдавливая простое «беги».

От смеха Ш’янта кожа покрылась мурашками.

– Она не может бежать, – сказал он, – она теперь моя. Правда, мелкая?

Осознание и ужас вспыхнули на лице Клаудии почти одновременно. У нее не было времени задаться вопросом, откуда у иномирца тело. Он возник только сейчас.

– Как же ты могла?! Мир гибнет…

– И что? – Ш’янт удивленно изогнул бровь и надавил, вонзая осколок глубже в дерево, – честное слово, Клаудия, ты правда думала, что Первородная вам поможет? И отдав ей тело, вы сможете требовать чего‑то взамен? Эгоистичная сукина дочь отправит вас туда же, куда ее папаша отправил нас.

– Ты не можешь знать! – Клаудия из последних сил цеплялась за ускользающее сознание. Она кивнула на Безымянную, – это – ее долг. Так предсказано! Иначе ломкота погубит всех нас.

– Плевать я хотел, – бросил иномирец и шагнул назад, оставив женщину приколотой к дереву, точно бабочку, пойманную для коллекции. Повернувшись к Безымянной, он указал на противоположную сторону расселины, – мы уходим.

– Неужели ты не видишь, дитя?! – Клаудия дернулась, закашлялась, отчего ее губы стали красными от крови, – он использует тебя, а потом выбросит, как мусор! Ему только сила нужна. Мир не должен страдать из‑за эгоистичных желаний этой твари! Не должен! Не должен…наш единственный шанс…

Она дернулась в последний раз и обмякла. Осколок клинка не дал телу упасть, надежно сцепив плоть и дерево.

***

Время Изнанки напоминало игрушку из камня и резинки.