Река времен

– Но я рада, что девичья глупость спасла твою жизнь, – хмыкнула жрица. – Может, хоть расскажешь мне, как знающей, что делала, когда поняла, что отравлена.

– Каи, во имя Великой Матери и всего, что она сотворила, я расскажу тебе все, что помню, только храни мою тайну, как я храню те, что доверила мне ты.

Старуха качнула седой головой и приготовилась слушать.

– Нартыш значит… Что ж, совсем неглупо, – довольно сказала она, когда я в общих чертах рассказала, как мне не давали заснуть. – Думаю, что Иинат хранит тебя, царевна.

Я кивнула.

– Но и об этом я не могу говорить, так как еще не пришло время. Но я уверена, что ты все поймешь, так как сама учила Нари.

– Всеблагая поможет тебе и укажет путь. Укрепи свое сердце и пройди ее путем не оглядываясь! – старая жрица повертела в руках свой амулет. – Я принимала роды Нари и не могу предать ее как мать.

На моей душе потеплело, рядом со мной была эта мудрая женщина и, значит, я не одинока.

– Спасибо тебе, знающая Каи. Ты в который раз спасаешь меня!

Но старуха жестом пресекла поток благодарностей.

– Запомни вот еще что, девочка. Никому не доверяй, кроме тех, в ком уверена. Ничего не ешь и не пей, пока еду не попробуют служанки. И еще вот, – она покопалась в складках юбок, – разбей, пока не поздно, даже если это тебе дорого.

На мою ладонь легла глиняная табличка.

– Хвала Всеблагой, сразу за мной послали. Вроде никто не видел, – пробурчала старая жрица.

Как же захотелось кинуться ей на шею и расцеловать за то, что укрыла такое от чужих глаз, но царевны так не поступают.

– Чем я смогу отплатить тебе, Каи, и смогу ли вообще?

– Постарайтесь быстрее поправиться, сиятельная! – чуть громче произнесла лекарка, предупреждая, что мы не одни.

В комнату вошел отец и еще несколько мужчин. Владыка жестом оставил их у дверей, а сам подошел к моему ложу. Каи степенно поднялась и склонилась перед ним, а я быстро запихала предательскую табличку под груду шкур в изголовье.

– Приветствую тебя, мудрая, – заговорил отец, – Есть ли у тебя хорошие новости?

– Да, могучий, твоя дочь здорова. Милость Иинат и в этот раз снизошла на нее.

Отец посмотрел на меня, растерянно сидящую закутавшись в гору покрывал и шкур.