Отражения

Глаза у него и у Феликса были одного оттенка — цвета зимней реки, холодные, как полынья.

Губы, в отличие от глаз, теплые, сухие, а поцелуй — коротким, прикосновение к моим губам, символ, не более.

— Перед лицом Двенадцати, — сказал Антуан Луис Фердинанд громко, не отрывая взгляда от меня. — Я принимаю клятву этой юной леди и позволяю ей войти во двор и посещать Дворец-на-Острове в любое время, когда она захочет, — он сжал мои ладони в своих и снова добавил тише. — Очень приятно; и мне жаль, что ваша болезнь помешала вам веселиться этой зимой, леди Лидделл.

Он отпустил мои руки лениво, словно не хотел этого делать, и прежде, чем вернуться на трон, сам наклонил голову и прижал правую ладонь к груди.

Феликс сделал мне знак — я поклонилась еще раз, замешкавшись самую малость. Король улыбнулся и махнул нам рукой, приглашая занять то место, которое мы занимали.

— Неплохо держались, Мари, — сказал Феликс, когда мы вернулись к подножию лестницы. — Как полагается напуганной родственнице из глуши, ослепленной сиянием королевского лика. Успокойтесь, — он сжал мою ладонь. — Потерпите еще четверть часа — и я угощу вас вином... или что вам там разрешает ваш патрон? Горячее молоко с пряностями?

— Воды будет достаточно, — ответила я.

И посмотрела туда, где еще пару минут стояли Антея и Кондор.

То ли морок стал сильнее, то ли, пока я разглядывала королевские пряжки и пуговицы, не в силах сосредоточиться на чем-то еще, волшебники сбежали.

***

Стоило королю покинуть зал, как толпа зашумела, зашевелилась. Кто-то сорвался с места, чтобы найти знакомых и продолжить разговор, кто-то беспомощно озирался, не в силах понять, что теперь делать. Зашелестели наряды, замельтешили перед моими глазами яркие цвета.

Рука Феликса почти до боли сжала мой локоть:

— Пойдемте, леди Лидделл, — сказал принц и потянул меня к выходу, к тому, который был за троном.

Гвардейцы безропотно пропустили нас.

— Куда вы ведете меня? — спросила я в еще одном темном коридоре с гобеленами.

— В ту комнату, где мы встретились, — ответила Феликс бесстрастно. — На сегодня ваша работа выполнена. Роль сыграна отлично, леди Лидделл, я доволен. Мой брат, думаю, тоже.