Русалочка с Черешневой улицы

Он важный предприниматель, красивый одинокий мужчина, часто приезжает. Еще купил титул недавно. Маркиз Сомбре. Каждая девушка хочет быть на месте вас. Дария. Красивое имя.

— Маркиз? — выдавила Даша.

Серьезно?..

— Ой, вы не знали?

Даша потянулась почесать лоб и едва не разрушила укладку. Цокнула языком, срочно пригладила локон.

— Ну... он... не успел сказать, наверно.

Вот взбучку она ему задаст, этому дракону недоделанному. Надо хоть предупреждать, что она не только жена, но и... маркиза. Спокойно, прекрасная маркиза, все хорошо, все хорошо.

— Ох, это весь Тео в этом. Такой скромный.

О да. Весь до кончиков ногтей. Скромняга ты наш.

— Сегодня здесь закрытый праздник в память королевы Изабеллы. Высший свет. Вы маркизы, поэтому вам сюда и можно приехать. Но, конечно, Тео больше приехал к мой отец, чем на праздник.

— К вашему отцу? А кто он?

— Ну... ученый, историк, все капелька... И недавно при дворе, — пожала Бернадетт плечами небрежно. — А Тео он зачем нужен, очень. Не знаю.

И, кажется, она хотела бы, чтобы Тео была нужна она, а не отец.

— Наверное, у вас не одна общая история, — улыбнулась Даша — а вдруг свезет и узнает чего?..

— Я была на церемоние... когда ему давали титул. И прихожу в бар, когда он приезжает. Его бар. Ну, вы знаете, я думаю.

О, значит, второй из восьми баров у ом«Брэ в Гранаде. Нехило.

— Мы любим выпить, поговорить... мы хорошие друзья, — улыбнулась Бернадетт хитро и загадочно.

Ахах, так это не «все девушки» завидуют «Дарие». А вот эта конкретная.

— Молодцы, — похлопала Даша испанку по открытому плечу и рассмеялась. — А давайте.

— Что?.. — хлопнула глазами прекрасная Бернадетт.

— Вино. Бернадетт, признайте, вам же он нравится! — весело подмигнула Даша.

— К-кто?..

— Ну... — она хотела сказать «упырь», но вовремя поймала себя, — Тео.

И тогда вспомнила, что она его жена и как бы такие открытия не должны ее веселить.

— Но... — Бернадетт эта реакция сбила с толку.

Да такое кого угодно собьет с толку. Дашу вот тоже сбило. Что теперь-то?..

— Это видно невооруженным глазом, — пожала Даша плечами. — Мне жаль.

Бернадетт нахохлилась и отодвинулась. Наверное, она хотела показать свое превосходство, заставить ревновать, выдумать что-то или рассказать правду, но разве могла она догадываться, что Даше все равно?..

— Вы... странная, Дария, — сникла изумрудная испанка.