Сны.

Сны.

Костин Павел

Сны.

Иногда может присниться такое, что после того, как проснёшься, долго будешь думать – А что это было?

В околотке было шумно. В дежурке за столом воседал городовой среднего разряда Обушков Инокентий Петрович. Он именно воседал, как царственная особа на троне в Зимнем Дворце. Это первое его дежурство после повышения в должности. Теперь ему не надо было стаптывать ноги, проводя контроль питейных заведений на Петербургской стороне. А таковых было не мало, да и не на одной улице. Вечно ноги были мокрыми, когда дождь или снег.

В Санкт Петербурге те ещё погоды.

«На Буншу нашего похож»… Почему эта фраза возникла в голове, Обушков так и не понял. Но вот мелькнула и пропала. Странно.

Перед ним на столе два опросных листа. От двух разных свидетелей произошедшего преступления на Петербургском острове. Вроде учатся эти школяры в одном и том же Академическом Университете, а как по разному пишут. Видимо потому, что один студиоз учится на правовом факультете, а второй на филосовском.

«…Я, Онуфрий Иванович Голохвостов, восемнадцать полных лет, проживаю в доходном доме купца Епифанова, на Петербургском острове. В день августа, седьмого дня, в три по полудни, находился с друзьями в булошной на Большой Офицерской улице, где отмечали день рождения знакомого мне Егорова Анисима Ивановича, семнадцати лет от роду. Наша компания из четырёх человек сидели у витрины окна и ждали заказанных пирожных и кофий.

Примерно в три с минутами по полудни, после того, как хозяйка заведения приняла наш заказ к исполнению, мы обратили внимание на стоящую на тротуаре девицу.

Средний рост. На вид около двадцати - двадцати пяти лет. Одета как мещанка, длинная юбка темно-серого цвета, телогрейка овчинная, капор с короткой вуалью, в руках дамская меховая муфта. Она стояла к нам спиной и крепко нервничала. Мы с приятелями принялись её рассматривать и строить догадки о причинах нахождения на узком тротуаре, где она мешала свободному проходу прохожих. Там даже один из проходящих с ней столкнулся и она его обругал нехорошими словами. А тот прохожий, молодой человек, даже ничего ей не ответил. Только смотрел на неё, как на диковину какую.

Через минут семь девица повернулась и стала поправлять прическу, глядя в витрину. А потом повернулась к проезжавшей мимо карете. Она сделала три шага, сойдя с тротуара, вытащила из муфты сверток и, размахнувшись, бросила прямо в окошко каретной дверцы. Это оказалась бомба, которая взорвалась.