"Неотложка" вселенского масштаба

Фор опять пошевелил плечами и глянул на меня сверху вниз.

— Собака очень важна для меня, — проговорил он тихо. — Я не чаял найти её живой, а вы делаете меня счастливым, преподнося такой подарок. Неужели покровительство фора этих земель для вас настолько не важно?

Я осторожно, едва заметно покачала головой — нет, неважно.

— Буду благодарна принять от вас на память что-то, что смогу взять с собой. И этого будет достаточно.

Фор Косинэ с тоской глянул на вьющуюся вокруг него псину, и я поспешила уточнить, пока он не вручил мне огромную и злую питомицу обратно:

— Что-то небольшое, что уместилось бы в одной руке, — и показала ему ладонь.

— Ты необычная женщина, чужестранка, — сказал фор, и в его внимательных глазах сверкнула непонятная искра.

Взгляд я выдержала, у Игоря пострашнее взгляды бывали.

— Прими этот кинжал, — и он отстегнул пряжку от пояса и протянул мне ножны.

— Всёля! Нет ли тут какой неприятности?! — я внимательно рассматривала богато украшенные ножны и рукоять, не спеша протягивать руки к подарку.

— Бери, не бойся.

— Это оружие моего отца, славного воина. Надеюсь, оно защитит и тебя.

Я взяла ножны, и рука некстати сверкнула белыми латами туники. Фор заметил и вскинул на меня вопросительный взгляд.

— Я буду хранить этот кинжал как память о человеке, который любил своего друга, собаку. Прощайте, фор.

Последние слова я произнесла уже над головами ставших на одно колено вслед за своим фором воинов. И пользуясь тем, что все головы были склонены в уважительном поклоне, а значит, на меня не смотрели, я поспешила исчезнуть — как можно тише, но со всей возможной скоростью рванула вправо, туда, где меня должна была ждать открытая дверь станции.

Кинжал до сих пор был у меня. Иногда я доставала его, рассматривала, любуясь блеском камней, украшающих ножны. Но Машэ показывать не стала, как не стала рассказывать про эту встречу с фором, любившим собак. И про воспоминания об Игоре, которые будила в памяти эта история. И про долгие размышления, от которых с трудом меня отрывала Всёля для очередной порции «роликов», рассказов и пачки толстых бумажных книг, каждая из которых раскрывала мне огромный пласт новых знаний о костях, лёгких, мозге, коже и так далее.

Долгие размышления касались человека, для которого так важна была собака. Не воин (они там, судя по всему, высоко ценили воинскую доблесть), не друг, не сын, не... любимая. Просто собака, животное, у него такие были ещё.