Да прибудет тьма

Мужчины тягуче беседовали, развалившись под сенью деревьев. Огненный шар с неба ласкал загорелые обветренные лица. Те в ответ довольно щурились, наслаждаясь редким спокойствием.

Рыжий мальчишка блаженно лыбился. Остылые куски мяса с хлебом, съеденные на привале, теперь переваривались и грели живот, делая движения вялыми. Он лежал у телеги, которую закатили под раскидистые ветви дуба, закинув руку за голову, и пожевал набравшую сок травинку. На грани сна и бодрствования в голове все также вспыхивали видения, но уже не тревожные, а умиротворяющие.

Вот он бежит босой по лугу, а вокруг, словно щенок-переросток, скачет варг. Зверь подпрыгивает и падает в траву, сминая ее. Кувыркается. Большой язык лопатой свисает из слюнявой пасти. И столько в нем довольности, что Матс плюхается рядом, раскинув руки, как большая птица крылья. А сверху — глубокое-глубокое синее небо. И так хорошо, что аж страшно.

Матс даже глаза открыл. В траве стрекотали кузнечики. Где-то высоко в ветках дуба переливались птичьи трели, им вторили пичужки из леса.

— Ты как, малец? — тень закрыла Матсу слепящий свет.

Широко расставив ноги, перед ним стоял Йоран. От воина тянуло дымом и пивом. На серой, давно нестираной рубахе, темнели свежие жирные пятна. Мужчина был не так стар, как раньше показалось мальчику. Лет около тридцати, а может, даже меньше. Возраст прибавляли серебристые нити в волосах, блестевшие на солнце, да морщины, рожденные в жизненных превратностях.

— Слава богам, всё у меня хорошо, — мальчик смотрел сквозь ресницы.

— А как альва?

— Выглядит плохо. Но я не устаю благодарить Эйр* за помощь, умирать пока не собирается, — мальчик встал, стряхнул с одежды налипшие травинки.

— Я пришел с благодарностью за оленя. Все шлют свои слова за ваше здравие. В походе не было времени на охоту. Мясо разогнало кровь. Отогрело кишки. Передай это и варгу. Чтоб лапы его никогда не ведали усталости.

— При встрече, передам всё, что ты сказал, — пообещал мальчик, глянув на отдыхавших воинов.

— Ты не серчай, что вас сторонятся. Зла не держи. Если мне не поверили про пса Одина, то Вегард смог всех убедить.

— Вегард? — мальчик непонимающе почесал нос.

— Страж, что стоял в дозоре прошлой ночью.

— А-а-а-а! — вспомнил Матс. — Тот, что умело изображает крик птицы?

— Да, про него говорю. Мы видели слишком много смерти. Мимо нас прошло много обозов. Люди бегут от Сумрачных, а альвы остались лишь в легендах.