Тьма, несущая свет

Тьма, несущая свет

Таня Баньшива

Пролог

На ковре из прелых иголок лежал демон, раскинув когтистые лапы в стороны. Взгляд когда-то черных глаз остекленел и был устремлен в голубое небо, насмешливо взиравшее на него сверху меж острых макушек елей. В мощной груди Маркиза ада зияла дыра размером с кулак. Оплавленные края раны сочились чёрной гнилью. В воздухе стоял характерный запах серы и смерти.

— Ну оживи его, Cessare*, ты же можешь, я знаю, — рядом прыгал чертяка из низших и заламывал руки. — Как же без него тридцать легионов? Они же разбредутся без надзора, от лап отобьются.

Напакостят, а потом прибирай за ними. Ну сделай что-нибудь.

— Я не всесильная и я в смертном теле. Ты лучше скажи, отследили след? — девушка хмурилась.

— Нет ничего. Пускали лучших ищеек. Пусто. Совсем. Мы всё облазили. Он точно растворился. Ни следов, ни запахов кроме серы и гнили… Что же нам делать? — снова заныл чертяка, постукивая копытцами на ногах друг о друга.

— Я все же поищу следы, — сказал Вано.

В прыжке через куст шиповника его мускулистое тело в миг обросло шерстью, мелькнул серый хвост и волчара скрылся из виду. Умел он это делать тихо и незаметно.

— Вот же чёрт голубоглазый, — улыбнулся ему вслед Мирон.

— Я не голубоглазый, — обиделся чертяка, надувая и без того пухлые губы. — Они у меня желтые, а порой даже почти красные.

— Да не про тебя он, — перебила Веселина, наблюдавшее как мёртвое тело демона, ранее имевшее темный с синевой оттенок, становилось прозрачным.

Сверху за ними следила арахнита*. С ядовитого клыка капнула нетерпеливая слюна. Тварь облизала тонкие бледные губы и покрепче вцепилась в ветку.

— Я в другой стороне гляну. Нюх у меня конечно не как у оборотня, но я тоже кое-что могу, — Мирон пошёл в противоположную сторону.

— Только зря время потеряют, — пробурчал чертяка и показал язык вслед удаляющейся спине, обтянутой белой футболкой.

Нехотя Веселина опустилась на колени. Осмотрела внимательно рану демона, может ниточка какая или волосок попадется.

Но тщетно. Тяжело вздохнув, она стянула тонкую кожаную перчатку и прикоснулась к уже остывшей коже. И сразу перед глазами замелькали картинки.

Шакс* злобно рычал, стоя в круге призыва. Незнакомая пентаграмма, нарисованная в воздухе кровью, не отпускала его, тянула силы. Облик демона беспрестанно менялся. Слабея, он был похож то на человека с короткими синими волосами и темной кожей, то на аиста с клювом, полным зубов.