Зеркала

— Я не сомневался, что мы встретим кого-нибудь невероятно неприятного.

Андре Форжо, красивый, как бог весны, увидел нас сквозь оконное стекло быстрее, чем мы успели что-то придумать. Он вышел из сада целенаправленно, в полной уверенности, что ему будут рады. Сегодня он был одет не так ярко, как в прошлый раз, но из кармана бежевого сюртука торчал ярко-алый цветок, а на шейном платке сияла брошка с зеленым камнем.

— Да неужели, — сказал Форжо, торжествующе улыбаясь и переводя взгляд с Кондора на меня и обратно.

— И вам доброго дня, господин Форжо, — Кондор улыбнулся ему.

Взгляд его при этом оставался не слишком добрым.

Я спрятала руки за спину и порадовалась, что в дворцовых коридорах было не слишком тепло, поэтому снять пальто и перчатки меня не просили.

— С чего вдруг ты почтил вниманием нашу обитель разврата и праздности? — голос у Форжо был довольно высоким, но приятным, с восхитительными серебристыми призвуками.

«Таким голосом, — подумала я, — можно сказать любую гадость, но ее примут за комплимент».

— Работа, Форжо. — Кондор отвечал так же спокойно, но мне казалось, что он готов схватить меня за руку и бежать подальше отсюда. — Леди Мари Лидделл, позвольте представить вам Андре Форжо, придворного щеголя, красавца и сплетника.

— Я предпочитаю говорить, что я мастер рассказывать истории, леди Лидделл.

Форжо поклонился, не отрывая от меня взгляда, жадного, изучающего и полного странного, наигранного восхищения.

— И талантливого историка, да, этого не отнять, — добавил Кондор с плохо прикрытой иронией. — И большого любителя разнообразия. Леди Лидделл, Андре, связывают со мной исключительно деловые отношения. Я ее опекун.

— В смы… — Глаза Форжо, невероятной красоты оттенка, стали огромными от искреннего удивления, а потом он прищурился, догадавшись, и улыбнулся тонко и понимающе. — Ох, неужели…

— Я надеюсь, — сказал Кондор вкрадчиво.

Я бросила на Кондора удивленный взгляд.

То есть, надо было устроить целое представление в кабинете, чтобы потом так просто разболтать все первому встречному? Да еще и тому, кого только что при мне назвали сплетником, а он не стал это отрицать?!

Форжо задрал подбородок и фыркнул:

— Еще бы мне не понимать, — сказал он очень серьезно. Так серьезно, что это было неожиданно для меня.