Слово императора

Потом с некоторой озадаченностью огляделся и уточнил:

— Ваше высочество, где ваши вещи? Мои люди заберут их.

— Вещи? — озадаченно переспросила я. Машинально ощупав карманы, повернулась к родным. Ланц с Алексом растерянно переглянулись, потом кузен выразительно хлопнул себя ладонью по лбу, обернулся, кого-то окликнул и развернулся обратно с небольшой сумкой в руках, которую гордо вручил мне. Ах ну да, я же помню, что собирала! — Да, теперь точно всё.

— Этовсё? — подозрительно уточнил рушец.

— Да, ваше величество, — кивнула я, мысленно перебирая собранные вещи.

— Определённо.

Оборотень окинул меня очень странным взглядом, но больше ничего не сказал. Кивнул в сторону, и кто-то из его сопровождающих с поклоном забрал моё имущество.

После меня состоялась передача рушки, и я сообразила, что так удивило жениха. Вечно забываю, что моя склонность к минимализму обычно не свойственна женщинам.

Рулана держалась молодцом, хотя было видно, как она трясётся, нервно озираясь по сторонам. Хотя и странно: по сравнению с её братцем Ланцелот — настоящий милашка.

Рыжий, как я, очень улыбчивый и обаятельный, с яркими зелёными глазами и задорными веснушками. Но, пронаблюдав прощание старшего брата с младшей сестрой, я нашла объяснение и этому факту: своего императора девочка боялась ещё сильнее, чем людей, и особого тепла в отношениях родственников не наблюдалось.

Интересно, Руамару просто было не до общения с ближайшими родственниками или он в самом деле настолько суров? Впрочем, одно другому не мешает.

Императоры раскланялись, вслед за ними раскланялись остальные, и Руамар молча подал мне локоть. К подобному способу передвижения я не привыкла, но послушно уцепилась за предложенную конечность. Хотя и чувствовала себя в этот момент довольно глупо.

Но в последнем был виноват не мой будущий муж, а общий вид делегации оборотней. В империи Руш очень теплый климат, поэтому в гражданской жизни двуликие носят лёгкие яркие многослойные струящиеся одежды сложной конфигурации.

Только у охраны форма чёрная, да наряд императора выгодно выделялся благородной темной зеленью.

Среди всего этого великолепия я смотрелась как вороная кобыла парадного полка посреди дворцовой клумбы: чёрные узкие сапоги, чёрные обтягивающие лосины, благородного стального цвета сюртук с серебряным шитьем и эполетой, белая рубашка, чёрный шейный платок и тонкие белые перчатки.

Короткий путь по сухому выкошенному полю до дирижабля прошёл в молчании.