Превращение

– Здорово, что пригласили, – наконец-то ответил он. – Круто!

– Пригласили? – ахнула я. Что-то я перестала понимать, что говорят вокруг меня. Или все разом перешли на немецкий?

– Его позвала Маринка, – пояснил Макс, расслабленной походкой идя к столу. Он не собирался набрасываться на Дракона и вышвыривать за дверь. Он согласен был его принять. – Ей скучно без компании. Дима согласился развеять ее скуку.

Скуку? Ежедневные попытки меня угробить вызывали у Маринки только скуку?

– Извини, я знал, что он приедет, и изменить уже было ничего нельзя.

Мы застыли в разных углах кухни. Дракон около входной двери, Макс у стола, я возле печки, готовая от такого соседства воспламениться.

– Ну, что там у тебя? Что? – дергала замок сумки Маринка.

Ей было плевать, что происходит вокруг. Заварила кашу и наслаждается результатами.

Первым наш треугольник нарушил Дракон – двинулся к входной двери.

– Слушай, кнопка, куклу я не нашел. Привез медведя. – Он потрепал Маринку по голове и стал расстегивать сумку. – Но тоже здоровенного. Держи, Макс, это тебе! – Дракон передал Максу пакет, с шуршанием развернувшийся в его руке. – Машка, а чего у вас стол не накрыт? Держи, пока не согрелось!

Он вручил мне заледенелую бутылку шампанского и сверток, который я не глядя бросила через плечо. Не нужны мне были его подарки. Глянула на Макса, у него в руках тоже ничего не было. Хоть в этом он со мной солидарен.

– Давай, давай, шевелись! – командовал Сторожев, входя в свое привычное состояние активности. – Чего у нас, не праздник, что ли? С этими вампирами с голоду подохнуть можно.

Дима стал передавать мне пластиковые коробки, что-то запакованное на тарелках, и все это я машинально ставила на стол.

– Хватай, мелкая! Спичками пользоваться тебе уже разрешают?

Маринка отлипла от громадного белого медведя ростом как раз с нее, по случаю праздника наряженного в красный шарфик и красную с белым помпоном шапку.

– Макс, а это нам. Повеселимся! – Половину объемистой сумки занимала коробка, в которой, судя по нарисованным огонькам на ярких боках, была пиротехника.

– Мне казалось, ты любишь тишину, – произнесла я, чувствуя себя лишней на этом празднике жизни.

– Иногда можно и пошалить. – Макс присел на корточках, изучая коробку.