Абсолютное зло

Мне всегда казалось это странным, но я старалась быть деликатной и не совать нос в чужие дела. С особой любовью Дан рассказывал о младшей сестренке. Но после вопроса о ней на его лице не появилось ни веселой улыбки, ни даже радостного выражения.

– Нам трудно находить общий язык, – и снова я услышала какую-то горечь в его словах. – Ей семнадцать, и она стала просто неуправляемой.

Странно это слышать, они всегда были близки.

– Это нормально, – подбодрила его, – она перерастет.

– Навряд ли, – улыбка тронула уголки его губ, но она не была выражением радости.

Не знала, какой темы коснуться, чтобы ненароком не вызвать раздражение Дана. Словно ходила по минному полю. Любой неверный шаг мог еще больше отдалить меня от него.

– Чем ты занимался эти годы? – думала, подобрала самый безобидный вопрос, но Дан изменился в лице. В одно мгновение он перевоплотился в другого человека: жесткого, закрытого. Из его глаз исчез блеск, запомнившийся мне в юности.

– Семейным делом, – произнес абсолютно формальную фразу. И моя пресловутая интуиция “шепнула”, что он лжет. Не представляла по каким причинам он это делал, и почему я так в этом уверена. Просто знала: Дан лгал мне.

Где-то рядом раздалась телефонная трель, и я, погруженная в свои мысли, не сразу сообразила, что звонили Дану. Видимо, это что-то важное, поскольку он незамедлительно ответил.

Услышала из трубки недовольный женский голос. Кем бы не была та женщина, Дан резко оборвал поток ее речи:

– Без меня ничего не предпринимайте. Нет, это важно. – Разговаривал ледяным безразличным тоном, словно общался с подчиненной. Не похоже, чтобы между ним и звонившей близкие отношения. – Позже, скоро буду. – Убрал телефон, одновременно вставая и бросая купюры на стол, словно забыл о моем присутствии. – Мне надо идти, – все же поставил меня в известность.

– Хорошо, – нехотя отпускала его, – я доберусь домой сама.

– Я отвезу, – поставил перед фактом. Только я хотела открыть рот, чтобы отказаться, но он одарил меня решительным взглядом, и я не посмела возразить.

В машине мы снова вернулись к гнетущему молчанию. Что случилось с Даном? Он никогда за словом в карман не лез и всегда мог увлечь. По утрам он желал хорошего дня так, что я постоянно опаздывала на занятия.