История Дэвида Л. Кауфа, увиденная им самим

– Значит, тебя зовут Любовь?

– Это не имеет значения. Я прихожу не на зов. Я не питаюсь объедками.

– Ты знаешь, кажется, я люблю тебя.

– Конечно,– сказала она, и мне снова показалось, что она улыбнулась.

Сценарий №2

Тигр опять сожрал дрессировщика. Когда же эти тигры оставят людей в покое!

Обнажённая женщина расхаживает по манежу, помахивая окровавленным куском мяса. Из мяса торчит кость. Женщина ухмыляется и покачивает бёдрами. Монеты падают, зарываясь в пахнущие зверем опилки.

– Так значит, уходите,– ему жарко, он страдальчески обмахивается программкой.– Уезжаете.

– Да, уезжаю.

– Покидаете свою страну в столь решающий момент. По мне, так это предательство. Судить бы за такие вещи,– он добродушно смеётся.

– Судить? За что же?

– За вред, наносимый металлу борьбы.

– Поэтично, но неясно.

– Что будет, если все так начнут удирать? Кто же тогда поведёт борьбу?

– Борьбу? Но за что?

– За идеалы.

– Когда жизнь лишается смысла, начинают говорить об идеалах.

– Это безобразие так говорить. Вы обращаетесь со словами так, как будто они ваши наложницы.

– Когда я смотрю в зеркало, то вижу человека, а не толпу.

– Вот-вот. Это называется индивидуализм.

– Человек никогда не был в Париже, ему это досадно, право. И вот, он достаёт карту города и начинает изучать названия улиц, площадей и кладбищ. Он заучивает эти названия наизусть и считает, что теперь он знает Париж лучше кого бы то ни было.

– Ну и что?

– Ничего.

– Ладно, я не настолько развит, чтобы притчи разгадывать.

– К победе кого над кем?

– К победе справедливости. Разве мир справедливо устроен?

– Я не люблю говорить на такие темы. Никто толком не понимает, что такое добро, справедливость, благо, но каждый может говорить об этом часами. И каждый будет говорить о своём.

– Это какие-нибудь аристократишки думают только о себе.

– Волки солидарны в травле оленя?

– Я говорю о том, что весь разброд происходит от беспорядка. Нужно организовать массу, объединить её общим делом, и ясность возникнет сама собой. Что нужно этой массе, кто её враг, кого она должна уничтожить. Вот арена борьбы, вот манеж для действий, на нём неизбежны столкновения, и столкновения эти разрешаются только силой.