Молодая, красивая, мертвая

Молодая, красивая, мертвая

Иннокентий А. Сергеев

Балтийское море коварно, оно рождает мечты, и оно убивает их… И веселый солнечный день сменяется ночью, а беззаботный смех срывается в рыдания… И все же это история жизни, а не смерти, ведь смерть – лишь миг, а жизнь продолжается вечно…

Иннокентий А. Сергеев

Молодая, красивая, мертвая

Балтийское море холодное. Даже в разгар жары вода может быть ледяной. И уж если по городу прошёл слух, что она потеплела, немедленно все устремляются к пляжу.

Но есть и другая беда. Погода на море переменчива. Вот только что ярко светило солнце, как вдруг подул ветер, и зарядил дождь. И ведь как правило, портится погода именно на выходные.

Приезжим-то всё равно – они только и делают, что отдыхают, но тоже могут здорово не угадать с отпуском, и тогда прощайте летние платья, купальники, и прочие атрибуты красивого отдыха. Что ж, добирают загар в солярии.

И уж конечно, когда совпадает всё лучшее в жизни – и выходной, и солнце и тёплое море, на пляже такое столпотворение, что негде бывает даже прилечь, не то что расположиться с комфортом.

Правда, есть платные пляжи, но не платить же, в самом деле, за божий дар!

Был один из таких благословенных дней. Я приехал на море рано, когда в автобусе на Светлогорск ещё можно было дышать, а на песке ещё можно было найти свободное место. Калининград вообще любит поспать и просыпается поздно, рано встают одни лишь отдыхающие.

К часу дня я успел уже выкупаться и позагорать, выпить вина и теперь, облачившись в футболку и накрыв газетой лицо, лежал в полудрёме под успокаивающий тихий шелест морской волны и пронзительные крики чаек, у подножия склона, что круто уходил вверх соснами и берёзами к пустыне пылающего солнцем неба.

Вокруг было шумно, галдели и визжали от восторга дети, взрослые произносили тосты или молча играли в карты.

И вдруг в какой-то момент всё стихло. Всё кроме моря.

Я отметил это сквозь дрёму, ещё не придав этому значения.

Вокруг меня метров на десять никого не было. Только рядом лежала на песке женщина, и на лице её было махровое розовое полотенце.

Всё это было странно. Что-то случилось, и я никак не мог понять, что именно.

Люди, которые шли мимо, почему-то обходили меня стороной и старались не смотреть в мою сторону. Те, кто только что мирно лежали здесь, вдруг исчезли; детей и вовсе вокруг не было видно.